Ассиди, Мисти

Пленница Звездной Империи

Часть 2

9.

Первое сентября было днем солнечным и ясным. Несмотря на это вставать не хотелось. Юля тщетно оттягивала мгновение пробуждения, вновь и вновь воскрешая в памяти прошедшую ночь. Сейчас, когда утренний свет уже пробивался сквозь неплотно прикрытые шторы, темное волшебство ночи казалось чем-то нереальным. Но это было, было! Она опять видела его - наяву, не во сне, не в бреду, она чувствовала его тело, живое, абсолютно не призрачное, и как хорошо было в его объятьях! Плюнула бы сейчас в лицо всякому, кто посмел бы нести чушь об информационной вторичке. Теперь-то она знает - Кор Истмэн существует. И мир его существует - мир, где сильные получают все, что причитается им по праву, а слабые... А слабые вообще не заслуживают жизнь.

Однако что-то осталось недоговоренным. Что-то... хотя они и так говорили достаточно мало. Все, что он мог ей сказать, отпечаталось в ее мозгу уже после его ухода. Ей оставалось только вспоминать - все эти странные названия, непонятные какие-то отношения, и Сила... Впрочем о Силе и рассказывать не надо было - она и так ее чувствовала. Опять-таки вычитала в какой-то книжке - думать при таких вещах нежелательно, ибо одно дело - действовать от головы, а другое - от души... или как его там... другой энергетический уровень... В терминах Юля пока еще путалась.

- Юля! Тебе во сколько выходить? - послышался из-за двери голос мамы. - Я кашу тебе разогреваю.

- Сейчас встаю, - крикнула Юля и слезла с постели. Да, неумолимое время ей не позволит возвратить снова это прекрасное мгновение, даже в памяти...

И все-таки, что же он не договорил? Это что-то, казалось, отравит ей весь сегодняшний день и возможно последующие - до следующего его появления. Он любит ее, несомненно. Ведь на этой забытой всеми Вершителями планете только она действительно достойна его. И она его любит. Его и никого больше...

В Юле как будто сошлись две личности - одна, прежняя, самоуверенная рассудительная девушка, не верящая ни во что, кроме своих способностей и другая, теперешняя, по уши влюбленная в Кора Истмэна. И пока она совершала свой обычный утренний ритуал встать-умыться-одеться, эти личности не переставая спорили друг с другом:

- Ты сошла с ума. То галлюцинации посреди ночи, то провалы в памяти, а теперь вот это. Я понимаю - тебе самоутвердиться захотелось, показать этим придуркам на что ты способна, но неужели нет других способов для самоутверждения?

- При чем тут это! Сначала мне действительно хотелось всего лишь показать им, на что я способна, а потом я увидела, что это на самом деле... Я люблю его и мне плевать на мнение окружающих!

- Ты уверена? Что тебе даст эта любовь? Любить бред, придуманный образ - это еще смешнее, чем спать с одноклассником только потому, что вы десять лет сидели за одной партой.

- Он не придуманный. Он существует и я в него верю. И вера эта не более нелепа, чем любая из мировых религий, которым поклоняются вот уже тысячи лет. Каждый имеет право на свою веру. Я верю в Кора Истмэна.

- Так же как эти верят в своих "Вершителей"?

- Да, так! И не знаю, видят там они чего-либо или нет, но я могу сказать, что я видела. И верю!

- Но ведь ты выше их. Они играют в свои игрушки, потому что ничего не в состоянии добиться в этой жизни. Строитель - подсобник в магазине, Элита - ассистент в институте на ничтожной зарплате, Погромщик - кондуктор, а Скандалист вообще не работает и даже школу не окончил. Но ведь тебе открыта дорога в высшие круги общества, зачем тебе детские игрушки?

- Ни в одном обществе я не встречу никого, похожего на Кора Истмэна!

Последнюю фразу Юля сказала вслух и испугалась - а вдруг мама услышала? Подумает еще, что дочка с ума сошла и это в первый день учебы. Нет, хватит разговоров сама с собой, собираться надо.

- Юля, ну где ты там, я кладу уже!

- Иду, мама, иду! - и, на ходу застегивая пуговицы, Юля устремилась в кухню.

* * *

Начало учебного года Погромщик почувствовал на своей шкуре, несмотря та то, что школу закончил вот уже как три года тому назад. Злобная инфернитка как назло, дежурила в ночь, поэтому собирать братьев в школу и в садик пришлось несчастному Погромщику. Старший, четырнадцатилетний Вовка, умудрился удрать, пока Ритка будила маленького Алешку - почувствовал, зараза, что если вовремя не смоется, Алешку в садик отводить придется ему. Ничего, рано радуется, ему еще вечером малыша из садика забирать. Больше всего возни было с первоклассником Митькой - он ежеминутно кидался проверять содержимое портфеля, по десять раз пялился в зеркало, и все приставал к Погромщику, красиво ли он выглядит и не выгонят ли его из школы. В это время десятилетний Сашка тихо сидел в углу в маленькой комнате и скармливал коту любимое клубничное варенье. Эксперимент, видите ли, решил провести - едят ли коты сладкое. Результатом эксперимента был перемазанный и исцарапанный Сашка, висящий на занавеске орущий кот и сладкое липкое пятно на полу, в которое тут же не преминул вляпаться Алешка. Тут Погромщик не выдержал и позвал к себе Разрушителя...

Когда Разрушитель удалился, Погромщик обнаружил, что квартира убрана, дети отведены куда следует, а ему пора идти в парк. В способностях Разрушителя утихомирить разошедшихся бандитов младшего школьного возраста он не сомневался, плохо было одно - не звать же его каждый раз по такому ничтожному поводу! Тем более это противоречило Риткиному принципу - жить каждый по своим силам и ни на кого не надеяться.

Трамвай был от кольца до кольца битком набит галдящими взбудораженными детьми, которые вечно путались в билетах. После второго круга Ритка перестала соображать, кто она и где и тут в трамвай ввалился Скандалист.

Скандалист сам был злой, как тридцать три Твари Насилия. Накануне его бабка, справедливо прозванная Перекрестком за свою разрушительную роль в Скандалистовой жизни, устроила генеральную уборку и умудрилась куда-то засунуть его рабочую тетрадь с тем самым началом хроник Бесстрашных, которые Скандалист собирался показать Погромщику. Скандалист за утро ликвидировал все последствия таковой уборки, но тетрадки так и не нашел.

- Да ладно тебе, - утешал Погромщик. - Не сожрала же твоя бабка тетрадку.

- Да кто его, Перекрестка, знает - с него станется и выкинуть. Вечно она нудит, что я не тем занимаюсь - лучше бы школьную программу учил. А какая может быть программа, если я Бесстрашных вижу куда лучше, чем эту самую бабку! А бабка моя, похоже, инфернитка.

- Моя мамаша тоже инфернитка, - поддержал Погромщик. - Как на тусовку идти, так сразу квэст навешивает, как будто заранее знала. Что новенького?

- Где - здесь или там? Здесь пожалуй что ничего. Впрочем нет - Юля мне недавно звонила, вчера или позавчера, не помню. Поздно было, я тебе перезванивать не стал.

- И чего она сказала? Не нравится мне эта Юля, честно говоря.

- Мне тоже, но способности у нее колоссальные. Если бы эту энергию, да на благо Вселенной... - Скандалист вздохнул. - Долго распиналась мне, какой хороший Кор Истмэн и как она его любит. Такое впечатление, что она перед собой, а не передо мной оправдывалась.

- А ты что ей сказал?

- Я повторил ей слова Защитницы, которые во мне после того разговора остались. Если Кор Истмэн, или как его там, Мэллсор Кайви, такой крупный инфернит, как она расписывает, то в скором времени произойдет его слияние с Перекрестком и потеря личности. Помнишь иерархию разрушительных сил, которую мой Скандалист рисовал? Вот тут такая же точно ситуация.

- Тебя так колышет этот Мэллсор?

- Меня колышет не Мэллсор, меня колышет то, что здесь, в этом самом городе появится инструмент, причем хороший инструмент, деструктивных сил. Она на него и так уже молится.

- Ну и пусть себе молится. Если человек дурак, то это надолго.

- Думаешь, она ограничится ночными разговорами в постели, или чем они там ночью занимаются, со своим Мэллсором? Я так не думаю. Став орудием Инферно, человек волей-неволей начинает портить духовную атмосферу вокруг себя. А воля у нее, между прочим, о-го-го какая! Она же горы сдвинет, если захочет, вопрос только - в какую сторону?

- Не думаю, что тусовка на нее клюнет.

- Да при чем тут тусовка! Ты что, не понимаешь, что все, чем мы занимаемся - Вселенная Дорог и так далее, существует на самом деле? И если она встает на сторону инфернитов, она подпитывает своей жизненной энергией их силы и они набирают энергию. Я тебе триста раз уже объяснял.

Погромщик задумался. Как раз в это время ввалилась очередная толпа пассажиров, и Погромщик отправился выполнять свой служебный долг. Вернувшись, он сказал:

- Ладно, я, кажется, въехал. Но мне она все равно не нравится. Лучше скажи, как там Бесстрашные поживают?

* * *

- То, что написано на доске - ваше основное задание. Сейчас я раздам вам варианты.

Таня критически посмотрела на свое произведение. Да, искусство настоящего преподавателя красиво писать мелом на доске она еще не освоила и неизвестно когда освоит. Ничего, подобная мука ей предстоит еще не скоро, по крайней мере не в этом семестре. Ибо все дальнейшие практические занятия будут производиться исключительно на компьютерах, а уж с компьютерами управляться она умеет.

Она достала из папки гору листочков и стала раздавать их студентам. Вместе с вариантами лабораторных работ на пол плавно спланировал портрет Защитницы в ореоле силы. Чертыхнувшись, Таня запихнула его обратно.

- Еще вопросы есть?

Вопросов разумеется не было. Какие могут быть вопросы первого сентября, когда на улице солнышко, а до сессии еще так далеко...

- Тогда вы свободны. Следующее занятие - в компьютерном классе.

Проклятая папка все никак не хотела застегиваться. Конечно - набралось барахла всего понемногу: распечатки программ, куча стихов, интернетовские материалы по "Вершителям", картинки, журнал компьютерный, журнал по мультипликации, черновики всяческие... Теперь это все повылезало в разные стороны и упаковываться в единую стопку упорно не хотело.

- Давай помогу?

Таня подняла глаза. У ее стола стояла хрупкая девчонка с длиннющей косой - Света... как ее там? В первый раз войдя в аудиторию, она лиц не различала вообще. А фамилий не запоминала тем более.

- Ну помоги. По-моему, это принципиально невозможно.

- Сейчас попробуем, - Света аккуратно сложила в стопочку бумаги и стала засовывать их в папку небольшими порциями. Журналы она оставила на потом. - А ты Элита?

- Да, - удивилась Таня. - Откуда ты знаешь?

- Мне говорили, что какая-то Элита у нас на кафедре работает. Я вообще-то на тусовки не хожу, у меня и знакомых там почти нету.

- А по "Вершителям" ты кто?

- Знаешь, я долго думала, все не могла решить, кто мне больше нравится. Мне всегда нравились Пустотники, даже когда шли "Серые войны", а когда показали эту историю с Мастером (ну помнишь, как взяли его лабораторию и он перешел на службу к Провиденциалам) я решила, что лучше Мастера мне никто не подходит.

- Ты тоже такой маньяк научный?

- Я бы не сказала, что я маньяк. Мне в Мастере нравится его независимость, даже обособленность, он как при Сером Клане работал, так и в Сером Союзе работает. Всеми политическими заморочками Законник занимается, ну а Мастер - чистой наукой.

- Ну знаешь ли, науку можно и на службу Инферно поставить.

- А это уже зависит от личных качеств ученых. Мастер в этом отношении абсолютно нейтрален, понимаешь?

У Элиты на этот счет было несколько другое мнение. Однако Света ей сразу понравилась. Бывает такое - буквально с первых слов с человеком устанавливается абсолютное понимание и не приходится мямлить и искать темы для разговоров. У Элиты такое бывало весьма редко - разве что со Скандалистом. И вот теперь - с Мастером. Они говорила уже как старые знакомые, невзирая на 6 лет разницы (а собственно что значит возраст для тусовки?) Обсудили преподавателей кафедры, программу курса "Численные методы", плавно перешли на научную фантастику, а от нее - опять на "Вершителей".

- А что ты думаешь об инфернитах?

- Думаю, что не такое уж они и Зло абсолютное. Может, таковое и есть, но оно абстрактно и, воплощаясь в реальность, Абсолютом быть перестает. Помнишь, в "Защитниках Вечности", в одной из серий про Хаос, была сказана хорошая вещь - все силы, которые мы называем Добром или Злом в Хаосе находятся в непроявленном, я бы сказала, первородном, состоянии, и в наших понятиях ни Добром ни Злом там не являются.

- Что значит - не являются?

- А то и значит - ведь это Хаос. Там это просто векторы, направленные в разные стороны и Разрушение там настолько же естественно, как и Созидание. Во Вселенной Дорог априорно принято, что Разрушение - зло, вот Инферно там злом и становится. Но только когда оно проявленное.

- Мне Хаос, честно говоря, не представить, - честно призналась Таня. - Да и "Защитники Вечности" мне не очень нравятся. Другое дело - "Серые Войны". А тебе что - нравятся хаоситы?

- Наверно, - пожала плечами Света. - Они интереснее. Хотя бы тем, что непредсказуемы.

Таня наконец-то упаковала злополучную папку в сумку и глянула на часы:

- У тебя есть еще занятия?

- Через полчаса лекция, в этом же здании.

- Давай тогда вниз в буфет сходим, кофе попьем. Ты мне про хаоситов расскажешь, а то я последнюю часть не очень внимательно смотрела.

* * *

Миша Романов стоял в коридоре Университета и рассеянно смотрел в окно на стаю пушистых облаков, никак не желающих становиться тучами. Со стороны можно было подумать, что он задумался о чем-то жизненно важном для себя, а может быть даже для целой страны, однако это было не так. Он честно отсидел две лекции, честно записывал все в тетрадь, перезнакомился со всей своей группой (как и следовало ожидать большинство народу составляли девчонки), но тут же прочно всех забыл. Девочки были разочарованы столь небрежным к себе отношением и разбежались. Был еще свободный час, можно было сходить куда-нибудь в буфет... но почему-то не хотелось никуда идти. Он так бы и простоял в коридоре целый час, а может быть и до самого вечера. Слишком тяжелый груз свалился ему на плечи, и по всему получалось, что груз это взвалил он на себя сам.

"Ну разве я знал, что так получится?" - оправдывался он перед собой. Не знал. Но предугадывать надо было... впрочем, он не всемогущий и не провидец. Кто мог подумать, что Юля отнесется ко всему этому так серьезно? Впрочем, серьезно она относилась ко всему, но ситуация никогда не выходила из-под контроля. Или она специально над ним издевается? В это уже не верилось. Встретиться только затем, чтобы с нескрываемым превосходством рассказывать о мировоззрении и структуре Инферно (и откуда только она все это могла взять, она ж и мультик смотрела через пень-колоду), держаться с подчеркнутым безразличием... нет, на нее это не похоже. Это был Кор Истмэн... это действительно был Кор Истмэн? Вот тут было отчего испугаться. Потому что Юля всегда высоко ценила собственную личность, и ни за что бы не стала отдавать ее кому-то. Даже Кору Истмэну.

- Эй! Мишка, ты что ли? Что ты тут делаешь?

Миша обернулся.

- Здравствуй, Слава. Ты что не знал, я тут учусь. С сегодняшнего дня. Куда ж ты пропал?

- А, мы с Радой на все каникулы в деревню чуть ли не в Калининскую область закатились. У нее там не то тетка, не то бабка. Там классно! Дом огромный, в нем только эта самая бабка, к нам она особо не придиралась - ну на огороде разве что помочь, а потом мы все время то на речке то в лесу пропадали. Рада сказала, что если ее бабка помрет, дом ей останется. Своя загородная резиденция, представляешь! Далековато, правда...

Славка Толченов, по мультику Феррум, был одним из немногих завсегдатаев Цитадели, которого Миша мог назвать своим другом. В Цитадели у него была репутация крутого мага, не подтверждающаяся, впрочем, никакими фактами, кроме разве его таинственности (в большей степени напускной) и высокомерности (опять-таки показной). Еще в начале весны он круто поругался с Подземщиком по поводу магии и с тех пор Подземщик его демонстративно не замечал, а Броневик попытался даже вызвать на дуэль. Феррум сказал, что он с девчонками не дерется, на что Броневик очень обиделся и не упускал случая каждый раз сказать какую-нибудь колкость. Славкина подруга, Радость, или попросту Рада, была просто милым и отзывчивым существом которое любили все, даже непреклонный Броневик. Впрочем, Броневик никого по настоящему не любил, кроме Подземщика.

- У меня еще час свободный, пойдем пива попьем? Хорошо, что я тебя встретил, посоветоваться надо.

- Ну пойдем. Что-нибудь случилось?

- Случилось, - сказал Миша, когда они уютно расположились в студенческом буфете с бутылкой пива. - Помнишь, я тебе рассказывал про Юлю Болотникову?

- Помню, - поморщился Феррум. На его взгляд про Юлю Страж думал даже больше, чем она того заслуживала. У них с Радой все было очень просто и как-то само собой.

- Так вот. Я приводил ее в Цитадель... ну что ты смеешься, я понимаю, что нормальному человеку в Цитадели больше получаса не продержаться, особенно когда Скандалист и Подземщик принимаются чем-нибудь грузить. Я как-то потерял ее из виду - меня в приключенку затянули, оторваться никак не мог, разумеется, ее перегрузили и она сбежала. На нее это, по видимому очень повлияло... в общем сейчас она утверждает, что к ней ходит Кор Истмэн, что он однажды приходил к ней ночью, подарил ей кольцо (я сам его видел, в общем-то кольцо, как кольцо, у нее полно таких безделушек) и, знаешь, я его видел и ничего хорошего о нем сказать не могу.

- А он что говорит?

- Что он инфернит и ходит к ней, чтобы развлечься. Если он действительно инфернит... ты же знаешь, как они развлекаются.

- Она точно не притворяется?

- Точно. Я не думаю, что она может не любить себя до такой степени. Она же очень расчетлива. И любые законы, пусть даже неписаные не переступает. Ее я хорошо знаю. Но то существо, с которым мы общались позавчера - это не Юля. Это что-то страшное. Действительно страшное. И я боюсь, Феррум. Боюсь за нее прежде всего.

Слава задумался. Отхлебнул пива, посмотрел в потолок и еще раз на Мишу - точно ли он верит в то, что говорит? Не ошибается ли?

- Это не обязательно может быть Кор Истмэн, - сказал он после паузы. - Скажем, в прошлом и начале этого века широко был распространен спиритизм - якобы общение с духами умерших. Только ни разу это не духи умерших, а просто какие угодно духи из астрала. Они питаются нашими эмоциями... да и чем угодно. А может им просто скучно и ради развлечения они ходят на эти сеансы и изображают чьего-нибудь дедушку, Авраама Линкольна, кого угодно. Хоть Иисуса Христа. Не такой ли паразит подсел к Юле? Есть, правда, другой вариант - все это исходит из ее собственного подсознания. Впрочем, некоторые вообще считают, что никаких духов нет, а есть только подсознание.

- А ты как считаешь?

- А ты как думаешь? - вопросом на вопрос ответил Слава и стал потрясающе похож на своего мультяшного героя, по крайней мере у него появилось такое же выражение глаз. В Мишиной голове автоматически всплыла цитата из альбома "Вселенная Вершителей": "Ферруму, как никому другому удается вести себя так, будто он сильнее всех Вершителей, исключая, может быть, только Проповедника и Защитницу. Но делает он это так обаятельно, что никому не приходит в голову на него обижаться". - Значит так: тебе сейчас и вкратце все объяснить, или лучше я литературу принесу и ты сам будешь думать?

- Лучше литературу, - сказал Миша. - У меня правда, у самого кое-что было, но во-первых, я, идиот, все Юле отдал, во-вторых, я никакой аналогии в прочитанном не вижу тому, что с Юлей происходит.

- Да ничего страшного не произойдет, - успокоил его Феррум, оправляя под стол пустую бутылку пива. - По настоящему опасного духа дилетант вызвать не сможет.

Мише так хотелось в это верить, что он поверил. И с чистой совестью открыл другую бутылку.

* * *

- Ну так вот, - Скандалист задумчиво покрутился в кресле, - кстати, чаю бы ты мне налила, а?

- Да вот он стоит, не видишь что ли? И к тому же, если у меня кресло вращающееся, это еще не значит, что его можно использовать в качестве карусели.

Элита была недовольна. У самого выхода с родной кафедры ее поймал ее научный руководитель и всучил толстенную монографию по вычислительной математике, которую надо было к следующему занятию хотя бы просмотреть. А в перспективе - заучить основные методы и реализовать их на практике на замученных, как рабы Лорда Равнодушия, персоналках. Элите было жалко и персоналки и студентов, а больше всех себя, поэтому Скандалисту сегодня изрядно доставалось. Впрочем, Скандалист не обижался. Ему, хронически безработному, слова о неприятностях на службе почему-то внушали благоговейный трепет.

- Ну вот, - остервенело дуя в чашку, в который раз попытался начать Скандалист (и теперь это ему даже удалось). - Мэлт, Красный Свет, если по мультику, это стихия Движения и Преображения. После силы Стабилизации она самая главная в миропорядках типа Вселенной Дорог.

- Говори уж Дайниарт, не в Цитадели находишься, - недовольно сказала Элита.

- А Цитадель Преображения, кстати, по жизни Мэлтаэнэр называется. В примерном переводе - источник пламени силы Преображения.

- А она действительно в будущем стоит?

- На границе Линии Реализации и Мира Сущего она стоит. И без нее ничто не начало быть, что начало быть.

- Это что Дух Святой, что ли, да? К тому же ты цитируешь самый дурной перевод Евангелия, который мне известен.

- Синодальный я цитирую, на новорусском.

- На каком? - не поняла Элита. - Новорусский - это для новых русских, что ли? "В натуре, елы-палы, было слово", да?

- Я имею в виду не тот синодальный, который на старославянском, а тот, который на нормальном русском языке.

- Тогда выражайся, пожалуйста, понятнее.

- Да ну тебя, я всегда и всех честно предупреждаю, что со скандалячьего на русский переводчик нужен.

- Ну ладно, хватит ругаться, скажи лучше, что тебе еще он рассказывал?

- Про место во Вселенной неинфернальных разрушительных сил. Нейтрализующее начало Аррэ и деструктивное начало Гаэл.

Но ни про холодную нейтральную Аррэ (по мультику Серая Сила), ни про неукротимую всесжигающую Гаэл (по мультику Разрушение), Элита так ничего нового и не услышала. В коридоре истошно задребезжал телефон и, бурча про себя что-то вроде "ну вот, когда одна сижу, так ни одна собака не позвонит, а стоит кого-нибудь пригласить и серьезный разговор начать, так сразу...", она вылезла из комнаты и сняла трубку:

- Алло?

- Элита? - голос был донельзя сух, как у декана последнего. - Это Кор Истмэн. Скандалист случайно не у вас?

- У меня... - растерянно пробормотала Элита. Она сама была бы не прочь сказать что-либо Кору Истмэну, но за столь короткий миг никак не могла сообразить, что именно.

- Позовите его, пожалуйста.

- Сейчас... Сканди, - сказала она, входя в комнату. - Ты и представить себе не можешь, кто заинтересовался твоей недостойной персоной!

- Щас узнаю, - Скандалист взял трубку. - Алло, база Провиденциалов слушает.

- Алло, Скандалист? Это Кор Истмэн. Вы не могли бы встретиться со мной завтра?

- Ну могем. А когда?

- Ну если вас не затруднит, в пять часов, у метро "Гостиный двор". Наверху внутри под световой рекламой.

- Ага. А чего случилось-то?

- Объясню завтра, - холодно сказал Истмэн. - До свидания.

- Ну чего? - накинулась на него заинтригованная Элита.

- Чего, чего, стрелку нам забил, - ответил Скандалист нарочито будничным голосом. Чувство собственного достоинства не позволяло ему показать, что он хотя бы капельку заинтригован таинственным генералом. - Завтра в пять на Гостяке под ноосферитом.

- А мне туда можно? Как раз завтра я свободна.

- А я туда без тебя не пойду, - радостно сказал Скандалист и вернулся к оставленному чаю. - На чем я там остановился? На Гаэл? Ну так вот: доля Разрушения в Равновесии - самая малая...

10.

Вопреки ожиданиям на Гостинке Элиту и Скандалиста встретила Юля. Юля растерянная и взволнованная и на себя прежнюю абсолютно непохожая. Одета она была не в черное, как следовало предполагать, а в голубой облегающий костюм из тонкой шерсти, абсолютно ей, впрочем, не идущий. Для таких костюмов Юля была крупновата.

- Здесь сесть где-нибудь можно? - спросила она, даже не поздоровавшись.

- К Казанскому можно пойти, - с показным равнодушием ответил Скандалист. Он нутром чуял приключение, но торопить события не стал. Раз его вытащили на стрелку, раз требуется его помощь - рано или поздно все разъяснится. Уж от чего-чего, а от недостатка информации в таких случаях не страдают. Скорее наоборот.

До Казанского собора дошли в полном молчании. На выходе из метро Скандалист попытался было что-то вякнуть насчет сигарет, но Юля гордо прошла мимо теток с сигаретными пачками, пропустив мимо ушей все его тонкие намеки. "Ладно, - подумал пор себя Сканди, - успеется, с Истмэна стрясу. С него причитается".

Пустых скамеек перед Казанским, разумеется, не было. Пришлось довольствоваться скамейкой прямо напротив фонтана, на которой сидела толстая тетка, покрикивающая на мальчугана лет пяти в красной вязаной шапочке.

- Давайте сюда, мест больше нет, - констатировала Элита.

- Ничего, - отозвался Сканди. - Едва мы начнем базарить о своем, не только эта тетка - все цивилы с Казани свалят. Ну, рассказывай, что стряслось.

По Юле было видно, что она усердно удерживает себя от чего-то. То ли от того, чтобы встать перед Скандалистом на колени и запричитать: "Спаси, защити". Или, наоборот, от того, чтобы набить ему морду. А может быть, ее пыталось побрать что-то, что ей абсолютно не нравилось. Знал Сканди такое состояние, ох как знал...

- Было все нормально, - наконец заговорила Юля, глухо и прерывисто, как в горячке. - Он ко мне приходил, с Мишей трепался... со Стражем то есть... бедняга Страж, похоже он боится его... Но вчера вечером, когда домой из института ехала, я увидела что-то страшное. Как будто тяжелая звездная воронка, массивная такая, стальная (уж не знаю, почему звездная, звезды обычно с легкостью ассоциируются, но они туда летели с бешеной скоростью и создалось впечатление, что там черная дыра), и в эту воронку затянуло его... Потом он исчезает и слышны только раскаты зловещего смеха, не как гром, а скорее, как вой какого-нибудь бульдозера. У нас недавно что-то строили под самым окном и эта техника собиралась с утра и ревела весь день, как ненормальная. И вот так же этот смех.. Но это еще не все. Я будто вижу эту самую воронку с другой стороны. Она открывается в абсолютную черноту, и звезд никаких уже нет - наверно пожрало то, что там сидит внутри (а там есть что-то внутри, я чувствую это), и из воронки выносит его... Я только угадываю, что это он, потому что от него прежнего не остается ничего, даже внешнего облика. Только клубы какого-то дыма, разного цвета, постоянно меняющего свою форму... и все равно я знаю что это он... И он зовет меня к себе... Тут меня словно выталкивает, я очухиваюсь перед самой Академической и едва успеваю выйти.

- Но ведь нам же Кор Истмэн звонил? - перебил ее Скандалист.

- Ну да, это он звонил. Он был у меня вчера, только я ничего не помню, что он делал, он ни слова мне не оставил. Еще ничего пока не случилось, но вот-вот случится. Ты можешь сказать, что это было? И что делать теперь?

Скандалист ответил не сразу. Не спеша вытащил из кармана сигаретную пачку, долго копался в ней, выбирая сигарету поприличнее и лишь пару раз с наслаждением затянувшись, соблаговолил обратить внимание на заданный вопрос:

- То, что ты видела вчера - это и есть Инферно. На определенном уровне продвижения по иерархической лестнице инфернит теряет личность. Помнишь, в мультике об этом было - как Перекресток пожирает энергию нижестоящих и в конце концов - их самих. Провиденциалы ориентированы на единство с сохранением и развитием индивидуальности каждого. А инферниты - на поглощение, в том числе и друг друга, так что в конце концов остается сильнейший - Перекресток.

- Перекресток по сути своей - не личность, - добавила Элита. - Он - концентрированный Эрхот.

- Чего?

- Эрхот, мы так силу Инферно называем, - поправилась Элита.

- Не мы называем, а это ее истинное имя в структуре Дайниарта, Вселенной Дорог, - уточнил Скандалист.

Для Скандалиста все было ясно, как божий день. С самого начала, едва только он увидел Кора Истмэна. А может быть даже и раньше - как только он увидел саму Юлю, ведь на кого еще могла напороться девчонка с таким самомнением! Не знаешь - не берись и тем более в ноосферические сети не лезь. А то быстро поймают те, кто не прочь поживиться за твой счет. Странно было, что Юля не поняла это с самого начала, впрочем она больше думает о самоутверждении, а не о последствиях своих действий. Тем более о тех последствиях, которые невооруженным третьим глазом не видны и не сразу проявляются. Небось про закон кармы даже и представления не имеет. Вот и придется ей теперь расплачиваться и хорошо еще, если этот Мэллсор за собой не потащит. А ведь потащит, сам Погромщика об этом предупреждал.

- А до этого, говоришь, все было нормально? Ничего особенного ты в нем не заметила?

- Не заметила... - Юля вдруг густо покраснела. - Не дыми прямо на меня! - вдруг рассердилась она. - Отойди в сторону, если так курить охота!

Сканди пожал плечами. Ну если нужно - отойдет, только что так раздражаться-то? Или она что-то скрывает, поэтому и злится?

Юле в отличие от Скандалиста было отнюдь не все ясно. Почему она обязана принимать их систему, слизанную до последнего винтика из мультфильма в котором, как утверждает сам Скандалист полным-полно лажи? Инферно... ну пусть Инферно, но почему же как только о нем заходит речь, так сразу можно забыть все права разумного существа на свободу и вершить свою провиденциальную волю над тем, кто этого вовсе не хочет? Скандалиста всего лишь по человечески спросили - что за непонятные глюки приходят ко мне посреди бела дня в общественном транспорте. Не дурак, мог бы догадаться, что ее волнует именно это, что раньше у нее ничего подобного не было, а он сразу принялся читать морали... Проповедник прямо, а не Скандалист!

<Сейчас что-то случится> - подумала Элита. Напряжение, возникшее между этой парочкой было видно невооруженным глазом - темно-серая с синими просверками сетка, и зрела в этой сетке темно-багровая ослепительная молния...

Юля вдруг встала. Распрямила плечи, поправила выбившуюся из сложной прически прядь волос и посмотрела на Скандалиста каким-то особым взглядом, явно не принадлежащим ни первокурснице Юле Болотниковой ни Генералу Кору Истмэну.

- Вы докурили? С вами можно поговорить?

Сканди бросил окурок и сел на скамейку. Он и виду не подал, что хоть как-то взволнован, а вот Таня испугалась. Она-то знала, что такое, когда в сознание к твоему товарищу приходит какая-то личность из Вселенной Дорог. Но эта личность была какая-то странная. Элита определила ее, как нечто скользкое и вонючее, типа сказочной гидры, если бы еще эта гидра умела принимать любые другие облики.

- А с кем я разговариваю? Я не привык беседовать с неизвестными.

- К вашим услугам - Сэйфирот, инфернит.

- Да я уж вижу, что инфернит, - усмехнулся Сканди. - И что вам надо во-первых от меня, во-вторых от сервера, которого кстати так и не просветили в отношении ноосферических контактов?

- Посмотреть на вас хочу, - Сэйфирот улыбнулся какой-то особенно мерзкой улыбочкой. - А нужен мне Генерал Кор Истмэн.

- Который, как вы полагаете лежит у меня в сейфе, связанный по рукам и ногам и пришлепнутый сверху печатью "Собственность Провиденциалов. Не кантовать"?

- Мэллсор Кайви, или по вашему Кор Истмэн, отказался от ритуала высшего Посвящения и ушел в неизвестном направлении. Все факты указывают на то, что сделал он это исключительно вследствие ваших с ним разговоров.

- И вы пришли с меня требовать неустойку?

- Я пришел объявить Мэллсору Кайви Проклятие Инферно. Если он сейчас же не вернется обратно - он обречен.

- А как же свобода выбора?

- А мне на нее плевать, - с циничной откровенностью ответил Сэйфирот. - Мы подчиняемся только своим собственным законам.

Элита с недоумением посмотрела на Скандалиста. Этот непонятно откуда взявшийся инфернит воображает о себе невесть что, считает, что они покорно примут все, что ему вздумается им преподнести, как будто Провиденциалы не побеждают инфернитов не только в мультяшной вселенной Дорог, но и в самом настоящем Дайниарте! Как вообще такое возможно! Как он смеет!

- Ты, инфернит, ври, да не завирайся! - воскликнула Элита. - Живущему - жить, неживое - умрет!

Эти слова были той самой универсальной магической формулой, после которой любой инфернит терял все, приобретенное им в Инферно и становился тем, кем он был до того. Ну или умирал совсем, если от его личности уже ничего больше не осталось.

Однако на Сэйфирота эта формула не подействовала. По крайней мере ни Элита, ни проницательный, как комиссар Мегрэ, Скандалист (как тут не быть проницательным, когда то и дело приходится сыщиком в Дайниарте работать - то работорговца разыскать, то подстрекателя войны на чистую воду вывести) никакого изменения в нем не заметили. Это выходило за все рамки, это противоречило логике их слаженной работы, вот уже второй год как идущей без сучка без задоринки. Как только они узнали об инфернитах, как только они уяснили значение формулы, они постоянно пользовались ею и формула работала всегда. Правда, видели это только Скандалист и Погромщик - кто-кто, а они прекрасно знали, какой силой владеет Элита и как действует "живущему - жить". А Сэйфирот этой инструкции не читал... Разве что мультик смотрел, то есть Юля смотрела, но мультику можно и не верить. Особенно, если Провиденциалы побеждают в каждой серии, а ты симпатизируешь инфернитам.

- Вы всерьез хотите меня этим напугать? - рассмеялся Сэйфирот. - Вы думаете, на меня можно воздействовать приемами вашего локального мироздания? Если захочу, я сотру ваш Дайниарт в порошок... только это мне сейчас невыгодно.

- Вы так уверены? - прищурился Скандалист. Элита так и не поняла, кем он сейчас был - Сканди, Тийнар-Скандалист или же сама Миарра Мэйвис.

- Вы не знаете, что такое глобал-инферно, - это был не вопрос, а утверждение. Причем из тех, на которые возражений не предвидится. - Наша структура позволяет поглотить не одну такую спираль, как ваша. Вы, надеюсь, имеете понятие о Безграничности, где хрупкие спирали Мирозданий разделены огромными волнами Хаоса. Мироздания эти образуют лесенку, или если вам так угодно - кирпичную стену, фундамент здания, а крыша этого здания - мы, глобал-инферниты. Все ваши потуги победить Перекресток ни к чему не приведут, потому что конечная цель развития - это мы.

Скандалист изо всех сил вцепился в спинку скамейки. Тетка с мальчиком давно уже сбежала, не выдержав даже простого появления Сэйфирота. Элита стойко боролась с желанием сделать то же самое и увести с собой еще и Скандалиста. У них, между прочим, объявился владелец крупной дахн-шинзерской конторы, то бишь творец миров на заказ - на энергию или для производства рабов. И до сих пор они его не поймали - научился, сволочь, скрываться. Не стоило вообще ввязываться в эту историю с Кором Истмэном, особенно когда не знаешь, что ожидать от партнера. Когда Юля говорит правду, а когда врет, дабы произвести наиболее выгодное впечатление? Она небось сама еще не может отличить, где настоящий контакт, а где его имитация и кто его знает - может формула на Сэйфирота таки подействовала, а Юля просто морочит им головы. Например для того, чтобы доказать, что провиденциалы ничего не стоят - ни в Дайниарте, ни на самой обыкновенной земле.

- Вы так уверены? - спросил Скандалист, наконец-то совладав с собой. Ирония, которую он так старался вложить в этот вопрос прозвучала несколько жалко и он был готов сам себя проклясть за это. - В равновесии нашей Вселенной, в равновесии Дайниарта сила Эрхот лишняя и когда накопится достаточное количество потенциала, Перекресток будет уничтожен.

- Это вам так только кажется, что вы следуете Равновесию, а на самом деле законы определяем мы. Глобал инферно может послать вам тысячу Перекрестков и никакое ваше хваленое Равновесие не помешает нам это сделать. - Сэйфирот взглянул на часы. - Проводите меня до "Академической". Этому носителю нельзя долго задерживаться, а мне есть еще кое-что сказать вам.

Элита с большим удовольствием поехала бы хоть в Колпино, но без Сэйфирота. "Академическая" была им настолько не по дороге, насколько можно было вообще представить - Сканди жил у "Автово", а Элита - на бульваре Новаторов. К тому же проезжать мимо разнесчастного и давно известного Политеха лишний раз не хотелось. Как говорит Погромщик, в свободные дни о месте работы нужно прочно забыть. Правда, как это высказывание он относил сам к себе оставалось неясным - ездить в трамваях не прекращал и в выходные дни.

Сэйфирот всю дорогу говорил не переставая, прямо-таки соловьем разливался. Таня тщательно его слушала, но понимать что-либо перестала еще на площади Восстания. Так она слушала в институте лекции по всяким философиям и историям - уши слышат, рука чего-то пишет, а в голове ничего не задерживается. Ну что поделаешь, если у нее с первого класса обнаружился технический склад ума! Просто смешно - в ее красном дипломе всего три четверки: история, философия и политология, которую она просто не стала сдавать.

"Откуда она столько слов берет?" - удивлялась Таня. Похоже было, что Юля действительно присоединилась к известной им всеобщей Информационной Сети (этакий общевселенский Интернет) и берет оттуда все, что попадется ей на глаза. Сама Таня теоретически присоединиться к этой сети могла, но никакая информация почему-то к ней приходить не хотела. Тогда она брала Скандалиста за руку и он считывал с нее то, что она не смогла определить сама. Кому-кому, а Сканди она доверяла безоговорочно. А вот стоит ли доверять этой Юле... Ни в коем разе ни стоило, разве не об этом они со Скандалистом сегодня договаривались перед тем, как идти на стрелку?

У метро они остановились. Отошли в сторону от ларьков и тут Сэйфирот наконец-то замолк, предоставив собеседнику жалкий шанс оправдаться.

- Значит вы хотите, чтобы я отдала вам Мэллсора Кайви? - спросил Сканди, впрочем это уже был не Сканди, а действительно Защитница. "Нашла себе работу", - недовольно подумала Элита. "Неужели не понимает, что с этими невозможно играть честно?".

- Он и так принадлежит нам, - усмехнулся Сэйфирот. - Вы его даже не получите.

- Допустим, сейчас он вам не принадлежит, - заметила Защитница. - А насчет того, кто его получит... - Она бросила на землю окурок, отступила на шаг и торжественно, как будто находясь в зале Совета Провиденции, произнесла:

- Я, Миарра Мэйвис, перед вечными дорогами Дайниарта и Сердце- Звездой связываю свою жизнь с жизнью Мэллсора, Кайви и пусть моя жизнь будет порукой и защитой ему! Эндэссер Арда!

Сэйфирот как-то весь съежился от таких слов. Уж чего-чего, а такого проявления альтруизма закоренелый инфернит не ожидал. Однако и для Защитницы такая клятва была не просто легким испытанием. Связать свою жизнь с жизнью существа в общем-то чуждого их Вселенной, взять его под полную свою ответственность - чтобы решиться на такое, надо было быть Защитницей, Миаррой Мэйвис.

- Провиденциалы, - сквозь зубы процедил Сэйфирот. - Вы даже не знаете, к чему приведет это ваше решение.

- А вас это не касается, - отрезала Миарра. - Пойдемте.

Защитница взяла оторопевшего Сэйфирота за руку и вместе с ним вышла из носителя. Сканди переносил такие приходы и уходы достаточно легко - лишь отряхнулся, словно выходя из воды, и снова смотрел на мир своим неповторимым задорным скандалячьим взглядом. А вот Юля чуть не упала - Сканди и Элита с трудом удержали ее возле стенки.

- Мне домой пора, - через силу проговорила Юля. - Посадите меня на автобус.

Из альбома "Вселенная Вершителей"

Погромщик

Принадлежность - Провиденциал.

Подгруппа - экстремальные силы.

Функция - организатор обороны.

"Последовательность - залог победы".

Погромщик - прекрасный организатор. Воины могут только мечтать о таком командире, внимательном, заботливом и справедливом. Он влюблен в свое дело, в жизнь и немножко в Элиту. Работа для него всегда на первом месте.

Он удивительно силен и умен, все что он делает, он делает просто блестяще. Пока Погромщик рядом - говорит Элита, - мне и в голову не придет, что нам может угрожать какая-то опасность.

Возможности: вряд ли кто-то из врагов Провиденциалов недооценит опасность, когда увидит вдалеке небольшой черно-алый космический крейсер - излюбленную боевую трансформацию Погромщика. В его арсенале - все силы, родственные Огню Мироздания, и пользоваться ими он умеет великолепно. К тому же в режиме космокрейсера он способен испускать парализующий луч, радиус поражения которым - несколько километров.

Слабые стороны: неизвестны, за исключением непереносимости энергии Бездны.

11.

Непролазная тьма давно уже затопила улицы и закоулки Питера, недвусмысленно намекая, что с летним разгулом покончено и начинаются суровые осенние будни. После белых ночей сознавать это было тяжко, тем более до сих пор не забылись сумасшедшие ночные вылазки всей компании на страх бедным туристам. Погромщик до сих пор с удовольствием рассказывал, как на набережной Невы они поймали пожилую американскую пару, интересующуюся российской экзотикой и устроили им эту самую экзотику в виде полуторачасового загруза. Грузил, разумеется, Скандалист, а методичный Реверс, выпускник филфака, переводил загруз на английский, то и дело спотыкаясь на специфических терминах, места которым не нашлось в самом полном Оксфордском академическом словаре. Американцы узнали, что им посчастливилось иметь дело с воскресшими древними богами (какими именно Сканди не уточнил, поскольку сам их плохо помнил), изменившими свои имена и образы, но не изменившими суть. И вернулись эти боги, чтобы в решающей битве победить страшных инфернитов, собирающихся уничтожить Землю. Загруз был столь вдохновенным, что растроганные американцы купили всем по шоколадке и банке лимонада и пригласили к себе в Америку. Долго потом еще Скандалист размышлял, как бы пройти автостопом через Атлантический Океан. Но поскольку ходить по воде, аки посуху, он еще не научился, путешествие в Америку пришлось отложить до момента, когда он сделается мессией или разбогатеет, что, впрочем, было одинаково маловероятно.

Погромщик шел по притихшим улочкам от четвертого парка к своей ненаглядной Некрасовской улице. Можно было бы, конечно, дождаться развозки или, на худой конец, поймать один из поздних трамваев, но именно сегодня Погромщику захотелось пройтись пешком. Вечер был еще теплый (по сравнению с предстоящими холодами, конечно же), народу было немного - отчего бы не прогуляться и не вспомнить веселое лето. Днем он уже это самое лето вспоминал - когда к нему в трамвай ввалился Броневик (и как только вычислил, где он сегодня катается!) и начал плакаться о своих отношениях с Подземщиком. Броневик постоянно умудрялся выдумывать себе проблемы на ровном месте и вся Подземка уже поочередно побывала в роли водоотталкивающей жилетки, его утешая. На этот раз Подземщик, по мнению его чересчур ревнивого ученика, совершил поступок, граничащий с предательством - посмел принять от Чернокрыла сплетенную из бисера двенадцатиконечную звезду Провиденциалов. По всем правилам Подземки эту звезду должен был сплести Броневик - она стала бы символом его преданности учителю, а что выходит - этот недостойный Чернокрыл лезет к нему в ученики? Того и гляди имя Броневика себе возьмет! А еще они целых полтора часа разговаривали у Подземщика дома - я сам знаю, я под окнами стоял, только я не стал спрашивать Подземщика, о чем они говорили, потому что мне не нужны его секреты, он волен от меня уйти, но тогда я умру... До кольца Погромщик терпел, после чего ему надоело и он, с прямотой, свойственной лишь Разрушителю, заявил, что плакаться незачем, никуда его ненаглядный учитель не денется, а если и денется, то лишь потому, что Броневик уже достал его своей ревностью. И вообще, подаренная звезда - это не повод к тому, чтобы обвинять в предательстве, что по-твоему, Подземщик во Вселенной Дорог в полном одиночестве находился? Тогда почему ты это ему здесь устроить хочешь? Короче, провел воспитательную беседу по полной программе. Но тут в трамвай вломились контролеры и Броневик спешно ретировался, ибо, будучи в расстроенных чувствах, не позаботился обзавестись ни карточкой, ни билетом. Погромщик только плечами пожал - ничего ведь не запомнит, так и будет кидаться на всех - и на тех, кто Подземщика не любит и на тех, кто, наоборот, его любит - из ревности. Подземщику, кажется, все проделки ученика были глубоко по барабану - его вывести из равновесия мог только неудавшийся любовный роман с одной из немногочисленных девушек Подземки (немногочисленных потому, что девушки Подземки почему-то предпочитали считать себя парнями и брать мужские имена).

Войдя в подъезд, Погромщик замешкался. Опять полетели предохранители и на лестнице стояла темень, как в подземельях Инферно, где томились захваченные Перекрестком Провиденциалы. В очередной раз Погромщик пожалел, что не может по своему желанию вызвать ни оранжевый, ни красный свет, и медленно побрел вверх по лестнице, держась за стенку и ориентируясь в основном на запах.

Он уже подходил к заветной двери, как вдруг на площадке между вторым и третьим этажом заметил что-то странное. Впритык к их дому стоял еще один, поэтому света из окон недоставало даже днем. Погромщик скорее угадал, чем увидел, притулившуюся у батарее маленькую фигуру. Еще один бомж или цыганенок, днем околачивающийся возле рынка, а ночью не имеющий постоянного пристанища? Странная какая-то фигура...

- Разрушитель твою Перекресток, - машинально выругался Погромщик.

Вдруг сидящий у окна распрямился и бросился к нему в объятия.

- Сканди! - запоздало узнал Погромщик. - Что ты тут делаешь?

- Тебя жду, - как-то невнятно и почти плача сказал Скандалист. - У тебя инфернитка сегодня на дежурстве?

- Да. Что с тобой такое? Что-то случилось? Бескрышные опять влипли?

Бесшабашную троицу - Погромщика, Скандалиста и Дебошира, именующихся в мультике Бесстрашными, Сканди всегда называл не иначе, чем Бескрышные. И надо сказать, это наименование очень им подходило.

- Не Бескрышные... Хуже... Миарра... Ей сколько раз говорили - с инфернитами не связываться...

- Миарра? - Погромщик от удивления чуть ключи не выронил. - Что может случиться с Миаррой? Погоди, сейчас войдем и ты мне все расскажешь. Только бы эти бандиты угомонились.

Бандиты, разумеется, угоманиваться даже и не думали. Алешка, правда, спал, спокойным и непробудным сном праведника, но мордочка его вся была измазана чернилами. Митька весь вечер выполнял первое школьное задание - старательно выводил палочки и крючочки. Исписав ими свою тетрадку до самого конца, он взял со стола альбом Погромщика и уже изрисовал целых две страницы. Сашка и Вовка с невинными физиономиями смотрели видик и даже не соизволили ответить на вопрос Погромщика, кто разбил две тарелки и чей футбольный мяч оказался в корзине с бельем.

- Слушай мою команду! Спать шагом марш! - рявкнул Погромщик.

Бандиты попробовали было сопротивляться, но никакого действия сопротивление не возымело. Свои слова Погромщик подтвердил внушительным шлепком по попе (досталось, как всегда, Сашке, впрочем совладать с разъяренной сестрой не мог даже Вовка - Рита была в два раза крупнее и раза в полтора сильнее его).

Когда с бандитами было покончено, Погромщик и Скандалист наконец-то сели в кухне пить чай. Тут же, словно из воздуха, материализовался пушистый белый кот и вспрыгнул Скандалисту на колени. Хвост кота был выкрашен в ярко-голубой цвет.

- Бандиты, - в сотый раз произнес Погромщик. - Честное слово, не будь я Провиденциалом, убил бы их всех.

- А какая разница - Провиденциал, Инфернит... - протянул Сканди. Сейчас он был абсолютно не похож на себя. - Они тебя слушаются, потому что ты сильнее. А кто сильнее, тот и прав.

Погромщик подошел к Скандалисту и заглянул ему в глаза. Затем пощупал лоб. Странно - взгляд нормальный, температуры нет, а бредит, как больной.

- Сканди, алё, ты чего? Это ж инфернитские байки, а ты их повторяешь, будто и не эмиссар вовсе, а дите малое. Тебе это Кор Истмэн наговорил? Тогда какого лысого Перекрестка ты с ним связался?

- Не Кор Истмэн... Сэйфирот.

- Это еще что за птица?

- Это не птица, - грустно улыбнулся Сканди. - Это инфернит. На него формула не действует. Он представляет силу с которой нам не совладать, какие бы усилия к этому мы не приложили. Он стоит над всей Все- ленной и ему подвластны сотни Мирозданий, подобных Дайниарту.

- Он что, Господь Бог, что ли? - усмехнулся Погромщик. В то, что кто-то может оказать сильнее их, он просто не верил.

- Да не смейся ты! - отчаянно выкрикнул Сканди. - Он глобал- инфернит, я так понял, что это надстройка над нашим Перекрестком. Если это так, то вся наша теория о чужеродности Инферно летит к бездникам соба- чьим.

- А откуда он вообще взялся?

- Черт его знает... Я так понял, что он Истмэну непосредственный начальник или что-то вроде того. У них там такая крутая структура, до которой даже Перекрестку далеко.

- И это причина того, что ты сидишь в полночь на темной лестнице и скулишь, как брошенный щенок? Никогда не поверю, что самый что ни на есть наикрутейший инфернит способен довести моего Скандалиста до такого состояния. Да, а что с Миаррой?

- А Миарра с ним ушла, - обреченно вымолвил Сканди. Вся бывшая в нем энергия как будто куда-то подевалась, словно воздух из сдутой велосипедной камеры.

- С кем? С Сэйфиротом?

- Ну да... Она произнесла заклятье сплетения Путей с этим несчастным Истмэном и ушла вместе с Сэйфиротом. Наверное, чтобы подтвердить это еще и перед инфернитами - как-никак истмэновское начальст- во. Ты же знаешь Миарру - ее хлебом не корми, дай инфернитов поспасать. Сэйфирот пригрозил ему Проклятием Инферно, вот она и решилась. Хотя он и не стоит того, я думаю.

- А чего ты волнуешься? - недоуменно спросил Погромщик. - Еще не было случая, чтобы Миарра не выпуталась.

- Но с глобал-инфернитами мы раньше тоже не сталкивались, - резонно возразил Сканди.

- Сканди, ты мне напоминаешь анекдот, помнишь мы с тобой переделывали? Разговаривают два эмиссара: "Представь, что ты идешь по дороге и на тебя нападает инфернит". - "Я его Оранжевым Светом". - "Нет у тебя Оранжевого Света". - "Ну, я его Золотым Светом". - "Нет у тебя Золотого Света". - "Ну я его Бездной". - "Не генерится там Бездна". - "Слушай, ты за кого, за меня или за инфернита?". Так вот, Скандалист, ты за кого, за Миарру или за инфернитов?

Скандалист даже руками на Погромщика замахал - ну как он таких простых вещей не понимает?

- Я всегда за Миарру! Но что могу сделать я, если они оказались сильнее!

- Откуда ты знаешь, что они сильнее?

- Сэйфирот говорил.

- А откуда ты знаешь, что он не понты гнал?

- Но я Миарру не чувствую! - отчаянно воскликнул Сканди. - Не дозваться мне до нее, а обычно всегда дозываюсь.

- Миарра сейчас наверно Кору Истмэну мозги прочищает, а чтобы ей не мешали, непроницаемую защиту поставила, только и всего. А ты панику на ровном месте поднимаешь. Смотри, тебе даже кот не верит.

А кот действительно то ли оттого что не верил Скандалисту, то ли потому, что тот забыл о его существовании и уперся в него острым локтем, обиженно фыркнул и спрыгнул с его коленей на пол.

- Ну какой резон ему врать? - не успокаивался Сканди.

- Ты прекрасно знаешь какой. Инферниты всегда гонят лажу, чтобы противника дезориентировать. А ты ему и поверил. Какой же ты Провиденциал после этого? Так что пошли его слова куда подальше и давай чай пить.

Скандалист молча кивнул. Слова Погромщика его несколько успокоили, но воспринимать мир так же беспечно, как и раньше он уже не мог.

12.

Разговор не клеился. Миша уже начинал жалеть, что вообще затеял эту нелепую встречу - что серьезное может получится из разговора вчетвером? Чтобы разрядить обстановку, парни отошли купить пива, а когда вернулись, Юля с Радой щебетали так, как будто были знакомы всю жизнь и расстались не более чем на сутки.

- Так вот, одеваюсь я во все черное, вешаю на грудь пентаграмму и иду на этот экзамен. Там какая-то тетка незнакомая, из РОНО, что ли, вцепилась в меня, как клещ - наверно, тех, кто на медаль идет, решили расспрашивать более строго. Полтора часа меня по билетам гоняла, а потом мы еще долго на отвлеченные темы беседовали - о религии, о культуре, о магии... И все время она с моей пентаграммы глаз не сводит. А потом, когда я почти без чувств оттуда вываливаюсь, меня классная в сторонку отводит и сообщает, что у этой тетеньки, оказывается, два высших образования, одно из которых - Духовная Академия. И я в самых изысканных выражениях проклинаю весь белый свет и попытки спорить о христианстве с выпускниками Духовной Академии. Но она, кажется, заинтересовалась и оценки мне не испортила.

Рада хлопала глазами и восхищенно смотрела на Юлю. Этот восхищенный взгляд почему-то не понравился Мише больше всего - Раду он знал уже несколько месяцев и уж кем-кем, а дурочкой она не была. Но сейчас у нее был именно такой вид - глупенькой барышни, с восхищением наблюдающей за успехами своей старшей подруги.

- Юль, пиво будешь? - спросил он, чтобы хоть как-то отвлечь ее.

- Ты же знаешь, что я пиво не люблю, - с раздражением ответила она. - Купил бы лучше джина с тоником.

- Ну не будешь, так не будешь, нам больше останется, - примирительно сказал Миша и посмотрел на приятеля - мол, давай, начинай то, ради чего я, собственно, тебя сюда и притащил.

Но Феррум, кажется, тоже особенно не хотел затевать какой-то серьезный разговор. Сидел себе, блаженно потягивал пиво, словно ничего не случилось. Хороший день, солнышко, собрались в центре города двое парней и две девушки, можно пить пиво и трепаться о пустяках... А что еще требуется для счастья среднестатистическому российскому студенту?

Юля тем временем опять принялась рассказывать Раде про экзамены, на этот раз вступительные. Потом, "в сатирических красках", как выразился бы какой-нибудь недалекий школьник в сочинении, описала свой приход в Цитадель. Тут уже Миша удивленно поднял брови - по его представлениям все было, мягко говоря, не совсем так.

- Так вот, этот Скандалист наговорил с три короба, как они под носом у полиции имперский крейсер угнали, и вдруг у меня в голове что-то стукнуло - такого просто быть не могло. Хотя бы потому, что система Безопасности Империи предусматривает двойной контроль над всеми крупными космическими объектами. Их бы просто не подпустили бы к посадочной площадке. Нависаю я над Скандалистом этакой колонной под самый потолок (ты же там была, помнишь, какие там потолки низкие) и говорю - а вот здесь вы ошибаетесь, молодой человек. И как начала рассказывать про имперские порядки - они там онемели от изумления, я бы тоже онемела, если бы молчала. Потому что раньше я об этом даже и не думала - я фильм просто смотрела, и мне не приходило в голову что-то к нему достраивать. Такое впечатление, как будто и не я это вовсе, а кто-то другой. Потом, понимаешь, отследила я иное отношение ко всей этой компании - превосходство, граничащее с презрением. Я вообще-то демократка, и на концерты хожу, и с металлистами прыгаю в первом ряду и не разу ничего похожего на презрение не чувствовала, а тут... И опять кольнуло что-то - а это вообще я? А тут Погромщик рассказывает, как к нему Разрушитель приходил. Ну вот, приезжаю я домой, на автомате лезу в шкаф, одеваюсь во все черное, нахожу подходящую атрибутику, смотрю в зеркало - боже мой, а это уже и не я! Это действительно оказался Кор Истмэн, вот в чем дело!

- Он такой же злобный, как в фильме?

- Нет, что ты! Мне вообще не нравится эта его характеристика. Смотрю я вторую серию, а там заставка "и тогда злобный Генерал Кор Истмэн"... Да плевать на них хотел Кор Истмэн, он о высоких материях думал, а не всякой там чепухе! Почему они считают, что если человек реально себя оценивает и стремится в определенной цели, то он сразу злобный. Только потому, что не оглядывается на трусливые вопли не желающих перемен и способен переступить через чужие жизни? Так что стоит жизнь какого-нибудь Старквестора или даже населения одной планеты против благополучия целой Империи?

- Ты мне напоминаешь теорию Раскольникова, - вмешался Миша, - помнишь - "тварь я дрожащая или право имею". Кажется, на уроках нам это все так подробно разжевали, что вряд ли у кого-то может возникнуть желание взять эту теорию, как руководство к действию.

- Нашел, с чем сравнивать, - отмахнулась Юля, - ты бы еще Сталина вспомнил. Раскольников, если хочешь знать, "великий человек" только в своей воспаленной голове, он не смог воплотить ни один из своих замыслов. Подумаешь, герой - убил старушку и места себе после этого найти не мог. Разве это сильный человек? Это даже не человек, а так, грязь под ногами. По-настоящему сильный человек взорвет лазерным лучом целую планету и после этого спокойно пойдет спать.

Миша потерял дар речи. До такого у них в разговорах еще не доходило. Феррум же продолжал оставаться непробиваемо спокойным, как врач-психиатр, слушающий беспорядочный бред своего больного. Оставалось надеяться, что вынесенный им диагноз будет хоть сколько-нибудь оставляющим надежду на излечение. Хотя по той же теории "сильных людей" несущего столь величественный бред давно бы пора расстрелять. Из милосер- дия. К окружающим.

- Планеты не взрывают лазерным лучом, - спокойно сказал Феррум. - А аннигиляторы у фантастов обычно используют принцип антивещества.

- Ну что ты к человеку пристал, - дернула его за рукав Рада. - Какая разница - лазер, антивещество.. Главное, что взрывать планеты - это кощунство. Даже ради благополучия Империи.

Юля повернулась к ней с таким уничтожающим взглядом, будто Рада оскорбила ее в лучших чувствах.

- Вот, и вы его не понимаете. Немудрено, что он решил открыться только мне.

Миша против воли отметил, насколько театрально прозвучала эта реплика, но из уважения к Юле решил сделать вид, что ничего не заметил.

- Я могу аргументировать, - спокойно улыбнулась Рада. - Дело в том, что Империя - это прежде всего государственное устройство, то есть форма организации жизни разумных существ. Форма никогда не должна быть превыше, чем содержание, иначе самое ее существование становится бессмысленным и вредоносным. Из земной истории нам всем прекрасно известно, что всякий раз, когда государственная, религиозная или любая другая организация сама по себе начинала представляться кем-либо, как нечто гораздо более важное, чем любой из ее членов, возникала страшная тирания, полная кровавых преступлений и самого отчаянного мракобесия. Пример возьмите где угодно, хоть инквизиция Торквемады, хоть Советский Союз времен Сталина. Первая губила миллионы живых людей...

- Бездарно, - перебила Юля чужим и почему-то очень противным голосом.

- То есть - бездарно?

Миша подумал, что Юля сегодня задалась целью шокировать всех и вся. Он опустил глаза - ему было стыдно перед милой доброй Радой, величайшей ценностью для которой была человеческая жизнь. И даже нечеловеческая. Гибель техники и животных она переживала не менее искренне.

- Бездарно инквизиция губила миллионы людей, - начала распространяться Юля. - Эффективность инквизиции почти всегда была равна нулю целых фигу десятых. Тот же Торквемада, например, имел все возможности создать единую сверхдержаву, объединяющую территории всей католической Европы, разумеется с собой во главе. Вся беда его была в том, что он действительно верил в своего Бога. Если бы он поставил себе именно такую цель и не отвлекался бы на всякую ерунду, он бы ее добился.

- А для меня всегда единственным оправданием инквизиторов была их вера в Бога. Мне кажется, они все-таки хорошего хотели. И Сталин хорошего хотел, и даже Гитлер... Не может же существовать таких монстров, которые занимаются разрушением ради разрушения?

- Ага, а инферниты в "Вершителях"? - машинально спросил Миша.

- А про инфернитов в "Вершителях" тебе и не раз и не два устами разных персонажей было сказано, что у них у всех больная психика.

В ответ на это Юля начала хохотать. Да ладно бы просто хохотать, а то ведь с интонацией Смертоносца в той самой серии, где ему удалось смертельно ранить Защитницу. Нормальный человек так смеяться не может, будь он даже хоть трижды негодяй.

- Чего только о себе не услышишь, - тем же противным голосом сказала она, перестав смеяться. - У меня, значит, больная психика. А известно ли вам, господа, что в настоящем мире, подчеркиваю, в настоящем мире, а не в детских мультфильмах, учение Инферно - единственное, которое можно хотя бы условно назвать абсолютно правильным, так как именно следование учению Инферно максимально приближает существо к природе, таким образом давая ему максимальную гармонию с окружающим миром и самим собой.

Феррум прищурил глаза и опять стал похож на своего мультяшного персонажа:

- Человек, значит произошел от обезьяны, а потом инферниты придумали, как ему быстрее и лучше произойти обратно.

- Лично вам, молодой человек, - холодно ответила Юля, - еще рано думать, как произойти обратно. Вы еще туда не произошли.

Феррум спокойно встретил тяжелый Юлин взгляд и сказал:

- Не люблю пустой схоластики.

- Исключительно потому, что вы в ней слабы. Если бы вы были в ней сильны, вы бы ее любили.

На красивом лице Феррума не отразилось ничего, но Миша, хорошо изучивший своего друга, прекрасно понял, что тот еле сдерживается, чтобы не надавать по морде автору подобных слов. Больше всего на свете Феррум ненавидел тех, кто вызывает его на разговор только для того, чтобы поблистать на его фоне.

Ненадолго воцарилось молчание. В это время Миша наконец-то расправился со своей бутылкой пива и собрался опустить ее в урну, рядом с которой, как часовой на посту, уже стояла сгорбленная старушка в заштопанном черном пальто. Неожиданно Юля выхватила бутылку и сильно, но аккуратно долбанула ею по каменной урне, так что горлышко отскочило в сторону. Подобрав и выбросив осколки, она повернулась к ребятам, пояснив:

- Слабых поощрять не следует.

- Мне разговаривать с такими, как ты, не следует, - ледяным голосом сказал Феррум. - Пошли, Рада.

- Слава, ну не злись, пожалуйста, - попыталась его успокоить девушка.

- Юпитер, ты сердишься, значит ты не прав, - нараспев процитировала Юля.

- Может быть Юпитер и не прав, - сквозь зубы процедил Феррум, - но Юпитеру не нравится играть комические роли по чужим сценариям. Если уж тебе так хочется быть тренажером, пожалуйста без меня.

- Славик, ты не понял. Я просто не хочу ни с кем ссориться.

- Бывают люди, с которыми следуют поссорится и чем скорее, там лучше! Я пошел домой.

- Извини, Юль, - беспомощно улыбнулась Рада. - Он и правда слишком обидчивый, но я вас помирю. Пойду, его догоню.

- Ну а ты что, - обернулась Юля к Мише, - тоже сбежишь?

Миша призвал на помощь все свое спокойствие:

- Генерал Истмэн, с вашего позволения мне хотелось поговорить с Юлей.

- Во-первых, я не Истмэн, - размеренно начала Юля, - во-вторых, она не в состоянии сейчас разговаривать на серьезные темы, а в третьих, неужели я столь неинтересный собеседник?

- Неинтересный, - почти прорычал Миша. Подобных фокусов с него уже более чем хватило. - И кто вы вообще такой?

- Сэйфирот, - промурлыкала Юля. - Если хотите - архангел Михаил.

- А я - Смертоносец! - огрызнулся Миша.

- Ну если вы хотите доказательств, я могу, например, рассказать вам о том, как Господь создавал Землю. Все равно нам по дороге.

- Бога нет! - с каким-то ему самому непонятным не то злорадством, не то задором произнес Миша. Таким тоном совсем маленькие дети выкрикивают свои обычные "Вовка - морковка" и "Светка - пипетка". - Кроме того, мама меня просила кое-что посмотреть в "Гостином Дворе".

- И это называется джентльмен, - вздохнул Сэйфирот ему вслед.

Из альбома "Вселенная Вершителей"

Радость.

Принадлежность - Провиденциал.

Подгруппа - Вдохновители.

Функция - ответственный за пропаганду.

"Нет ничего прекраснее служения Истине".

Все победы Провиденциалов были бы незавершенными, не будь во Вселенной Дорог Ордена Вдохновителей и их Предводительницы Радости. Она способна вдохнуть веру в самое усталое сердце и подарить надежду даже отчаявшемуся. Она является творцом и главным хранителем Мира Радости, светлейшего из всех миров Вселенной, живущего по законам Справедливости, и мечтает, чтобы эти законы стали основополагающими для всех. Она дарительница вдохновения и надежды, согревающая сердца всех живущих.

Возможности: она вершительница Оранжевого Света, побеждающего Пустоту. В ее руках концентрация Оранжевого Света наиболее велика. Как и Защитница, Радость трансформируется в космический поезд, но более легкий и изящный. Ее воля - 290 условных единиц, она прекрасно владеет психотронным оружием и техниками воздействия на чужое сознание, но никогда не использует это искусство в разрушительных целях.

Слабые стороны: неизвестны.

13.

В отличие от Кора Истмэна Сэйфирот оказался куда более энергичным и общительным. В этот злополучный вечер неудавшегося разговора вчетвером он решил не ехать домой, а вкусить сполна всех прелестей городской ночной жизни. На двадцать рублей, выданных заботливой мамой на обед, это сделать было достаточно проблематично, но Сэйфирот верил в свою счастливую звезду, а более всего - в свою непрошибаемую наглость. И действительно, много тратиться ему не пришлось - в маленьком кафе на Невском проспекте, едва он взял себе стопку вина и мороженое, как к нему подсел аккуратно выбритый немолодой человек кавказской наружности и принялся говорить комплименты. Мило улыбаясь и разговаривая о пустяках, Сэйфирот опустил его рублей на сто. Когда на улице стемнело и кавказец предложил вызвать такси и поехать с ним, инфернит с той же милой улыбочкой разъяснил, что ехать никуда не может, поскольку дома его ждут муж и двое детей.

Вернувшись домой в одиннадцать часов, Сэйфирот что-то неразборчиво буркнул шокированным родителям и отправился спать. Мама еще долго что-то пыталась сказать сквозь дверь, но предусмотрительный инфернит включил магнитофон и так и заснул - под звуки .

На следующий день, едва придя из института, Сэйфирот засел за телефон. Он методично обзвонил всех Юлиных одноклассниц, попутно стараясь сказать каждой какую-нибудь гадость.

- Алло, Наташа? Здравствуй, это Юля. Да, поступила. В Финэк, на международную экономику. Как видишь. Учусь, первый день еще ничего, а потом и вздохнуть будет некогда, такая программа насыщенная! А ты как? Ну и зря, сейчас инженеров пруд пруди, и ты никакой работы себе не найдешь. Шла бы лучше на какие-нибудь курсы секретарей, впрочем, секретарем сейчас тоже не так-то просто устроиться - везде непременно красивые девушки нужны...

- Алло? Нина? Привет, это Юля. Я поступила. А ты что - нет? Ну и зря, надо было поступать хоть на вечерний, куда угодно. Сейчас на экономиста, например, в любом вузе выучиться можно. Ты на следующий год все забудешь, это я тебе точно говорю.

- Алло, Лена? Здравствуй, это Юля. Как твои дела? Я тоже поступила, только я в Финэк. Что? И не звонит даже? Ой, я только что вспомнила - недели две назад я встретила его возле метро и знаешь с кем? С Барышниковой, да-да, с этой тощей метлой, и что он только в ней нашел? Я тебе точно говорю, он ей мороженое покупал и еще что-то, они шли и смеялись и не похоже было, что случайно встретились.

Удовлетворив таким образом свою инфернитскую подлую натуру, Сэйфирот решил приступить к более тонкой игре. Прежде всего он позвонил Всевластному Стражу. Прикинувшись Юлей, он долго и испуганно распространялся о том, какая она несчастная, как замучил ее этот страшный инфернит Сэйфирот и как ей не нравятся чужие сущности, лезущие к ней в голову без разрешения.

- Ты представляешь, он просидел во мне весь вчерашний вечер и все сегодняшнее утро. Свалил только на лекции по математике, он ее терпеть не может, я, правда, тоже. Это противнейшее, скажу тебе, чувство запертости в собственном подсознании, когда ничего по своей воле сделать не можешь. Если бы ему захотелось, он мог бы и на преступление меня толкнуть, с него станется. Хорошо хоть немного принял правила игры и в институт за меня пошел. Миша, я не могу так больше, мне страшно!

Миша сразу и не соображал что говорить. Ему было дико стыдно за устроенное Сэйфиротом на встрече, несмотря на то, что Феррум твердо заверил его в том, что он-то здесь точно не причем. Дабы не страдать из-за чужой вины, он решил найти забвение в работе, набрал в библиотеке гору книг и принялся писать реферат о столыпинской реформе. Когда-нибудь да пригодится.

- Послушай, Юля, ведь это зависит только от тебя. Ты зря говоришь о беспомощности - только ты отвечаешь за свои поступки и свои мысли.

- Что значит - от меня? Я ни Истмэна, ни Сэйфирота не звала.

- Я никогда не поверю, что ты своей волей не можешь противостоять тому же Сэйфироту. Я не знаю, существует он вообще или нет, но предположим, что существует. Ибо в противном случае придется счесть, что ты сама разыграла перед нами дрянную комедию, чему я не верю. Но даже если что-то есть, не пустит его в себя ты в полном праве.

- Ты хочешь сказать, это я, а не Сэйфирот, глупостей наговорила?

- Наговорил-то, может быть он. Но пустила его ты и этим подписалась под разрешением ему делать с тобой все, что угодно.

- Если бы я могла не пустить Сэйфирота, я бы его не пустила. Но ведь это мне так отомстили за Истмэна. Не надо было позволять ему уходить из Инферно.

- Юля, подумай сама, что говоришь! Меня еще ни один инфернит не пытался подчинить, а почему? Потому, что я бы его с лестницы спустил, если бы он попытался ко мне полезть. Интересно, в Инферно лестницы есть? И насколько они высокие?

- Ну что ты издеваешься! Ты им дорогу не переходил, вот они тебя и не трогают.

В таком духе они проговорили еще минут двадцать и Сэйфирот остался доволен - кажется довести Стража до состояния панического бессилия он сумел. Потом он позвонил Скандалисту, отловив его, как всегда у Элиты:

- Скандалист? Это Кор Истмэн. Миарра Мэйвис к вам не возвращалась?

Сканди про Миарру, конечно, не забыл. Но, успокоенный Погромщиком и Элитой, теребить и звать ее он не стал, а занялся другими неотложными делами, которых в Дайниарте всегда было предостаточно. Сейчас они с Элитой рисовали проект новой базы Защитников, обложившись архитектурными альбомами и атласами вооружений.

- Да я ее как-то и не вызывал...

- Вам не нужно было специально ее вызывать. Она назначила мне встречу в вашем сервере, когда я доберусь до своего. Меня беспокоит, не нарвалась ли она на Сэйфирота? Он же не простил ей моего спасения.

- А разве Сэйфирот может ей что-то сделать? Вас-то он не тронул.

- Правильно, не тронул, потому что я нахожусь под ее защитой. Но она-то, по отношению к глобал-инферно остается беззащитной!

- А что я могу сделать против них? - растерянно произнес Скандалист. Словно громадный пенный вал, нависший над головой, чувствовалось рядом то самое отвратительное состояние беспомощности, возникшее после первого появления Сэйфирота.

- Я не знаю. Я сам ничего не могу сделать...

Если бы Скандалист слушал внимательно, да и телефонная связь была бы чуточку получше, он бы уловил долю той фальшивой наигранности, которая отличала Сэйфирота в Юлином исполнении и которая так не нравилась Всевластному Стражу. Но Сканди имел привычку людям верить. И не только людям - даже инфернитам, особенно тем, за кого поручилась сама Миарра Мэйвис.

- Может быть, нам лучше встретится? Сегодня поздно уже, наверное завтра...

- Хорошо, давайте завтра, в пять часов на Гостином, как в прошлый раз. И попробуйте все-таки связаться с Миаррой - кто знает, может я ошибаюсь.

Сэйфирот повесил трубку и хищно улыбнулся. Теперь Скандалист с ума сойдет, пытаясь по ложной наводке вычислить, где Миарра, ломясь во все двери и отбиваясь от вымышленных инфернитов. А Миарра, скорее всего, спокойно сидит в своей координаторской и пишет длинный и нудный отчет о захвате очередной банды работорговцев.

- Ну что же, инфернит сделал свое дело, инфернит может уходить, - удовлетворенно сказал Сэйфирот, положил тело на диван (хоть он и был злобным инфернитом, портить свой сервер и его имущество, он не собирался) и удалился к себе в Глобал-Инферно.

Оставшись, наконец полноправной хозяйкой в собственном теле, Юля приподняла голову и огляделась, возможно, дабы убедится, что она - это она и находится она в собственной квартире, а не на "Всеразрушителе", к примеру. Она отнюдь не была беспомощной узницей в сознании Сэйфирота - при желании могла и вмешаться, только зачем? Любопытно было смотреть, как инфернит одерживает одну победу над другой, не давая противникам подняться из грязи. Завтра она со Скандалистом встречается - вот тут-то она вдоволь позабавится, то давая надежду, то вновь отнимая ее. Надо узнать у Кора Истмэна, как обстоят дела на самом деле...

Юля повернула кольцо камнем наружу, сцепила руки и сосредоточилась. Отклика не было. Она, как советовал Сканди, попыталась представить себе облик Кора Истмэна - Мэллсора Кайви, почувствовать его силу каждой клеточкой своего тела и притянуть его к себе... но ничего опять не получилось. Где-то на грани осознания мелькнул образ Защитницы и сразу же исчез.

- Не поняла, - громко сказала Юля. - Теперь что - эта Миарра будет сама командовать парадом?

Вот уж кто-кто, а Миарра Юле не нравилось. И потому что Провиденциал, и потому, что притащил ее Скандалист, а значит не получится подчинить ее своим правилам игры. Но она-то, Юля, почему она должна играть по чужим правилам?

- Ничего, завтра мы что-нибудь придумаем... - произнесла Юля. Так просто перехватить инициативу она не даст. Ни она, ни Сэйфирот.

14. -

Значит так, все оказалось не так страшно, как мы думали, - вещала Юля, удобно расположившись все на той же скамейке возле Казанского собора. Вид у нее был цветущий, будто бы она пришла с пляжа или солярия, а не из института, где с трудом выплыла из громады цифр, характеризующих экономическое положение доброй сотни стран. Особенно это было заметно на фоне измученного и не выспавшегося Скандалиста, который всю ночь тщетно разыскивал Миарру Мэйвис, а утром, едва он успел заснуть, его подняла бабка и послала за молоком. - Я нашла и Кора Истмэна и Защитницу - их приютила некая структура, противостоящая Глобал-Инферно, можно их назвать Глобал-Добротворцами.

- Вроде наших Провиденциалов? - как ни в чем не бывало спросила Элита. Ей было лучше всех - она не понимала половины всего, о чем шла речь и поэтому поводов для беспокойства у нее было в два раза меньше.

- Вот именно, что вроде. Они находятся к Провиденциалам в том же отношении, как Глобал-Инферниты к Перекрестку.

- Но ведь Кор Истмэн мне вчера сказал... - растерянно начал Скандалист.

- Кора Истмэна вчера здесь вообще не было. Это был Сэйфирот, он поставил своей целью вас запутать. И не только вас, вы бы видели, что он натворил, находясь в моем теле! Впрочем, ладно, сейчас я позову одного, точнее одну из Добротворцев, которая согласилась нам помочь. Ее зовут Диана.

- Что-то имена у них больно простые, - вмешалась Элита. - Сэйфирот, Диана...

- Имена - это не главное. Она мне так представилась, а на родине ее, наверняка, зовут по другому, но больно уж у них язык сложный. Я поначалу, когда связь не наладилась, кое-что на их языке услышала, так сразу обалдела. Лучше уж я английский буду учить.

Неожиданное наличие добротворцев, Скандалиста, конечно же, не могло не обрадовать, однако смириться с мыслью, что мощи Провиденциалов на этот раз оказалась недостаточно, он до сих пор не мог.

- И что она говорит? Ты можешь ее дать?

- Сейчас позову.

Вроде ничего не изменилось. Но почему-то только сейчас Сканди и Элита заметили, что Юля на этот раз в платье и достаточно симпатичном платье, подчеркивающем то, что нужно и скрадывающем ее слишком крупную для девушки фигуру. Элита про себя подумала, что раз в кой веки Юля похожа на девушку, более того - на девушку привлекательную. И лицо у нее как будто стало более красивым и голос более тонким - хоть прямо сейчас на конкурс манекенщиц. А что - ведь ныне на подиумах высокой моды заправляют модели именно высокого роста. Наверно, чтобы с задних рядов лучше видно было...

- Скандалист, Элита? К вашим услугам - леди Диана, член Координационного Совета Добротворцев. Вы, я вижу здорово поволновались по вине Сэйфирота, давайте я вас восстановлю.

Сканди покорно замер на скамейке и позволил Диане долго махать над собой руками. Сцена живо напомнила Элита телевизионные выступления Чумака вкупе с Кашпировским времен перестройки, тем более, что Диана еще что-то бормотала и, казалось, ее выступление сопровождается тихой мелодичной музыкой, успокаивающей и обволакивающей.

- Сиди спокойно, расслабься... вот так. Представь, что из моих пальцев выходит нежное золотистое сияние, оно растекается по твоему телу и все, что мучило тебя, все проблемы, вся боль, вся грязь уходит куда-то вниз, в землю, а с тобой остается только этот прозрачный, теплый золотой свет...

Все это напомнило Элите их известный еще по мультику Золотой Свет, или, как называл него Сканди, Вэйн, однако было непонятно - почему этот же самый Вэйн не подействовал на Сэйфирота? Или в руках Вершителей различных структур одни и те же силы действуют по-разному?

- Что с Миаррой? - спросил Сканди, отдышавшись. Вестино махание руками на него подействовало, правда не так, как подействовал бы Вэйн - к нему Скандалист был привычен, а что там выдумают эти странные Добротворцы...

- С Миаррой пока все в порядке. Она находится в резиденции нашего Совета вместе с Мэллсором Кайви. Я предлагаю поехать домой к носительнице, там мы сможем их вызвать и обсудить дальнейшие наши дей- ствия.

- А что, - обеспокоился Скандалист, - вы не можете полностью защитить их?

- Я не знаю, имеем ли мы на это полномочия, - огорченно улыбнулась Диана. - Я отвечаю отнюдь не за все и мои права тоже ограничены.

Скандалист и Элита переглянулись.

- Кем ограничены? Глобал-инфернитами?

- Не только ими. Есть единые законы, которым подчиняются все - и Инферниты и Добротворцы. Вы сами должны это прекрасно знать.

Они, конечно, знали. И про Равновесие, и про Сплетение Стихий, и про невозможность действовать против воли Вселенной, но почему-то за словами Дианы не чувствовалось той силы, что стояла за каждым малейшим движением любого Вершителя сил Провиденции из Дайниарта. Впрочем, для Сканди жизнь Миарры была дороже всяких сомнений и он безоговорочно принял Дианино приглашение, не задумываясь о том, что может их ожидать.

Пока что их не ожидало ничего страшного. Доехали и расположились без приключений. За ужином Сканди попытался добиться от Дианы как можно больше сведений о Глобал-Инферитах и Добротворцах, однако было это не так-то просто. Все, что говорила Диана, было очень туманным и расплывчатым, Элита - та вообще ни слова не поняла. Сканди было проще - он привык отсеивать информацию, но и он чувствовал себя золотоискателем, которому вместо золотоносной породы подсунули обыкновенный речной песок. Не то чтобы Диана откровенно лгала или притворялась - нет, ее доброжелательность и открытость была вовсе не притворной, однако в отличие от того же Проповедника или Радости в ней чего-то не хватало.

- Почему же вы не можете с ними совладать? - спросил Сканди.

- Я же говорю - законы Равновесия.

- Нет, я понимаю, что уничтожить Инферно одним махом нельзя. Мы вот тоже не может убить Перекресток Ирмайт - потому что за многие миллионы лет инферниты умудрились вплестись в Равновесие так, что их с кровью выдирать приходится. Но спасти одного человека или Вершителя из лап Инферно - для этого нарушать законы Равновесия не требуется!

- Все не так просто, Скандалист, - вздохнула Диана. - Мэллсор Кайви нес в себе громадный потенциал, которого инферниты теперь лишись. Вы знаете, какую силу представляет собой Сэйфирот? - она опять тяжело вздохнула. Было видно, что к Сэйфироту она неравнодушна - то ли ненавидит его, пуще, чем Миарра Перекресток, то ли... Впрочем, в такую даль мысли Провиденциалов не заходили. - Он один из первых помощников магистра Глобал-Инфернити Алкора Марджерина.

- А это еще кто такой? - выпучил глаза Сканди. - Он у них самый главный, как у нас Перекресток?

- Можно сказать, что так, - согласилась Диана. - Алкору особенно не хочется отпускать от себя Мэллора хотя бы потому, что связаны они друг с другом уже очень давно. Они родом из одного и того же мира, мира Звездной Империи. Алкор был там Императором.

Сканди перестал жевать и недоуменно посмотрел на Диану. Да, противнички им попались, похуже Разрушителя с Перекрестком будут. И сманить на свою сторону, как Разрушителя, вряд ли получится. Император и в фильме был просто отвратителен - закутанный с ног до головы в темно-серый с синим холодным отливом плащ, лишь изредка открывавший миру его сморщенное серое, как из коры сухого дерева вырезанное лицо. Даже Кора Истмэна можно было назвать в чем-то привлекательным - была в нем и сила и независимость и гордость, которой многим так не хватало... У Императора даже самый ярый защитник зла не нашел бы ни одной положительной черты. Да и похож он был не на живого человека, а на призрак, восставший из могилы, на демона из Ада - короче на очередного монстра из фильма ужасов, которые Скандалист с Погромщиком обожали, а Элита боялась.

- И что же в таком случае мы может сделать?

- Пока не знаю. Надо запросить Совет.

- Надо спросить Миарру! - рассердился Сканди. - Почему ваш Совет должен все за нее решать!

Они перешли в Юлину комнату. Сканди и Элита расположились на диване, а Диана на несколько минут зашла в гостиную - переодеться.

15.

Миарра Мэйвис и Мэллсор Кайви выясняли отношения. Занимались они этим уже добрых полчаса, так что Элита давно бы уже сдохла со скуки, если бы не обнаружила на книжной полке толстый альбом фантастической живописи.

- Зачем вы вмешиваетесь в наши дела? - бушевал Кор Истмэн. - Мои обязанности перед Глобал-Инферно...

- Не стоят того, чтобы отдавать ради них свою жизнь, - спокойно заканчивала Миарра. - Об этом мы уже говорили. Что еще нового скажете?

- Сэйфирот ни перед чем не остановится!

- Это я тоже уже слышала. А Диана?

- Диану он может быть и послушает... - неожиданно мягко сказал Генерал. - Однако сделает все равно по своему. Остается еще Совет.

- Совет Добротворцев?

- Совет Нейтрализации.

- А это еще что за птица? - удивленно вскинула брови Защитница.

- Это координирующий центр, не находящийся ни на чьей конкретно стороне и верный только закону Равновесия.

- Ага, понятно, законники, - кивнула Миарра. - Навроде Кэаррана, Консерватора то есть?

Все это напоминало не разговор двух идейных противников (пусть даже бывших), а скорее игру в мячик. Они перебрасывались репликами и, казалось, их занимал уже не смысл разговора, а сама возможность такового. Элита пустого трепа не любила и решила вмешаться:

- А давайте "Звездную Империю" посмотрим.

Защитница оживилась:

- Вот-вот, покажите обществу, каким вы были во время своей первой инкарнации.

- Вы хотите сказать - я был идиотом? Не дождетесь!

Генерал ткнул кассету в видеомагнитофон наугад и попал как раз на свой любимый эпизод.

Кор Истмэн стоял посреди маленькой комнаты, скрестив руки на груди. За его спиной на огромном во всю стену обзорном экране равнодушно мерцали звезды. Он любил эту комнату - она позволяла оставаться один на один с необъятным космическим пространством.

Но на этот раз он был не один.

- Вы знаете, леди, - как всегда медленно и спокойно говорил он, - мне ничего не стоило бы, например, вмешаться в деятельность вашего мозга. Изменить программу - сделать из вас обычного робота, безусловно подчиняющегося хозяину и тем самым превратить вашу личность в ничто. Жаль, конечно, уродовать такое прекрасное творение науки.

Артирайт всеми силами пыталась сохранить достоинство, но это плохо получалось со скованными руками и к тому же на фоне блистательного Генерала.

- Я сама сотру свою личность раньше, чем вы подведете к моему мозгу хоть один электрод!

Хладнокровия в ее голосе, несмотря на все усилия, не чувствовалось.

- Вы не боитесь смерти? - недоверчиво спросил Кор Истмэн.

- Я гораздо больше боюсь вашей победы!

- Вот как? - улыбнулся Истмэн. - В таком случае вас можно только пожалеть, бедная девочка. Вам ведь не на что надеяться. Вы не знаете, где находится база повстанцев. Вы не знаете, наверное, даже есть ли они вообще где-либо во вселенной. - Генерал театрально всплеснул руками. - Бедная девочка!

Артирайт совсем по человечески закусила нижнюю губу.

- Как бы мне хотелось, чтобы на этом прелестном личике засияла улыбка! - продолжал Кор Истмэн. - Я думаю, - он сделал паузу, - я думаю, что вас развлечет возможность увидеть в действии аннигиляторы "Всеразрушителя". Клянусь вам, это просто незабываемое зрелище.

- Вы лжете! - выдохнула Артирайт. - Даже такой грязный подонок, как вы, не посмеет аннигилировать целую планету! К тому же я не думаю, что это технически возможно.

- А вот это мы сейчас и проверим, - вкрадчиво сказал Генерал. - Подойдите, пожалуйста к обзорному экрану - сейчас "Всеразрушитель" чуточку изменит курс и вы увидите солнце планеты Алней, насколько я помню - вашей родной планеты.

- Вы не посмеете! - пролепетала Артирайт. - Алней - мирная планета и никаких повстанцев там нет!

- А где есть?

Артирайт собралась с духом и еле слышно сказала:

- Арэйдэн. Они на Арэйдэне на ночной стороне.

Генерал удовлетворенно улыбнулся.

- Ну что ж, моя очаровательная машинка. Я узнал то, что хотел, а теперь я сделаю то, что хочу.

Артирайт пошатнулась.

- Вы... вы этого не сделаете! Вы... правда... этого не сделаете...

Широко улыбнувшись, Генерал достал пульт дистанционного управления.

- Знаете, леди, это очень удобно - носить блок управления самым мощным оружием во Вселенной с собой. Гораздо удобнее, чем размещать его стационарно в каком-нибудь чопорном зале. А теперь - смотрите, пожалуйста, на экран. Вы всю жизнь себе не простите, если просто пропустите этот момент.

Мэллсор повернулся к Миарре, уютно свернувшейся в комочек в углу дивана:

- Похожа на вас, не правда ли?

- Ну вот еще! - огрызнулась Миарра. - Я все-таки не синтоид!

- Однако она такая же упрямая, как вы.

- А вы в этом фильме вообще на себе не похожи! Вы даже не страшный, Энью Кайсон - и тот страшнее вас!

- Что, я не страшный? А если я вас сейчас задушу?

- Попробуйте! - задорно сказала Защитница, вооружаясь подушкой.

Элита спокойно лежала а ковре, обложившись диванными подушками, и на возню особого внимания не обращала. Кончилось все быстро: Кор Истмэн поднял брыкающуюся Защитницу над полом, аккуратно опустил ее на диван и придавил ее сверху подушкой.

- Это нечестно! Вы пользуетесь преимуществом носителя! - она пошарила глазами вокруг и обнаружила пустую бутылку из-под кока-колы, которую они только что вылакали. Миарра издала воинственный клич и стала колотить Генерала этой бутылкой по голове. - А это моя генералоубивалка!

- Пощадите! - отчаянно-притворно взвыл Генерал, заслоняясь руками.

Элита опять уставилась на экран, где в этом момент происходила великая космическая битва. Мелькали блестящие корпуса кораблей, тонкие лучи аннигиляторов, разгоряченные лица повстанцев и сориентироваться в этой какофонии звуков, лиц и звезд было почти невозможно.

Когда серия кончилась, Миарра потребовала чаю. Точнее, потребовал носитель, хотящий чаю в любое время дня и ночи, за исключением часов сна. Генерал покорно отправился на кухню.

- Миарра, - шепотом спросила Элита. - Ты чего?

- А что? - глянула невинными глазами на нее Защитница.

- Ты влюбилась в него, что ли?

- Ну вот еще, делать мне нечего, как во всяких инфернитов влюбляться! - фыркнула Миарра, однако по тону чувствовалось, что она лукавит.

Чай пили долго. Потом Защитница вылезала курить на балкон, потом потребовала еще чаю и не переставая переругивалась с Кором Истмэном. Элита все больше и больше утверждалась во мнении, что эти два олуха умудрились втюхаться друг в друга.

- Ну что, пойдем смотреть вторую серию?

- Подождите, - сказал Кор Истмэн слегка измененным голосом.

Миарра забеспокоилась.

- Что с вами?

- Пойдемте в комнату.

Как будто стало темнее. Генерал поставил свой любимый "Covenant", вышел на середину комнаты и застыл там, сложив руки на груди.

- Сейчас настанет полночь, - глухим зловещим голосом произнес он.

Миарра, находясь в непривычном для нее теле, еще не совсем поняла, что случилось.

- Да, уже без двадцати... А что случилось?

- В полночь, - тем же лишенным всякого выражения голосом продолжал Генерал, - Сэйфирот придет за мной.

- Мы вас не отдадим! - воскликнула Миарра.

Вместо ответа Кор Истмэн вскинул руки и медленно раскачиваясь в такт мелодии стал говорить нараспев:

Черная сила - правда моя,
Правда моя без права уйти.
Черная власть - спасенье мое,
Спасенье без права его не принять.
Мрак ледяной - дорога моя,
Над болью и смертью вечная власть.
Свет отрицаю во имя зла,
Клятва моя в крови запеклась.
Я выбираю холод и тлен,
В верности Черной Силе клянусь.
Черное пламя в руках моих,
Да не погаснет оно вовек.

Элита почувствовала прикосновение чего-то чуждого - как будто черный ветер разрушения ворвался в уютную квартиру, обжигая лицо холодом, а сердце отчаянием. Она бросилась к Генералу и попыталась схватить его за руку, но Генерал отшвырнул ее одним легким движением. Свалившись на ковер и стукнувшись головой о какой-то предмет мебели, она успела осознать, что Юля вряд ли может быть настолько сильной физически. Это была ее последняя сознательная мысль, прежде чем ее затопил холодный парализующий ужас.

Но Миарру было так просто не запугать. Она метнулась к Генералу и встала перед ним в грациозной и властной позе, на которую расхлябанный Скандалист сам по себе вряд ли был способен.

Власть над жизнью и смертью,
Над временем и пространством
Только Любовь имеет,
Только у Веры право
Мир вести за собою.
Только Свобода может
Себя называть всевластной -

звонко произнесла она нараспев и Элита немножечко пришла в себя, а нездешний черный вихрь куда-то убрался, по крайней мере временно.

Генерал наклонился над ней с высоты недюжинного Юлиного роста и, страшно выпучив глаза, гневно проговорил:

- Кто ничтожный ныне смеет останавливать Инферно?

- Я, дитя Всевластной Веры, я защитница Свободы!

- Уходи с моей дороги, только Смерть владеет миром!

- Я клянусь Предназначеньем, что Любовь сильнее смерти!
Мироздание возликует, эту клятву подтверждая.

Генерал Кор Истмэн или кто он еще там был, захохотал, как самый отвратительный монстр в самом жутком голливудском фильме. Элите показалось, что он этого хохота жалобно зазвенели бокалы в серванте.

- Прах земной, на колени! Пред Владыкою Смерти,
Пред посланником боли ты смешна и бессильна.

Ни на какие колени Миарра, разумеется вставать не стала. Вместо этого она сняла с шеи маленькую жестяную Провиденциальную звездочку о двенадцати лучах, зажала ее в правой руке и, откинув голову назад, начала:

Силой Жизни заклинаю черное отчаянье,
Светом Веры заклинаю злое равнодушье,
Рабский страх я заклинаю радостной мятежностью,
Силу Хаоса свяжу я силой Мирозданья
Черный дух я изгоняю властью Звезд и Вечности,
Свет священный возжигаю над душой свободною.

Вот это было заклятие! Не какое-нибудь там куцее "неживое умрет", а настоящее рабочее заклятие Провиденциалов. И на Мэллсора Кайви оно подействовало. Он потерял точку опоры, напрочь забыл ту зубодробительную формулу, которой он собирался сокрушить Миарру и в конце концов грохнулся вместе с носителем на ковер.

16.

Всю дорогу от Гостиного Двора до Элитиного дома Скандалист ругался, не переставая. Он помянул нехорошими словами добротворцев, Сэйфирота, новых русских, лезущих в недоступные им сферы информационных реальностей, Кора Истмэна, инфернитов, дела инфернитов, структуры инфернитов и, наконец, всех, кто пытается их спасать. Элита только поддакивать успевала. Было с чего разозлиться - Сканди и помыслить не мог, чтобы его обожаемая "железная леди" Миарра Мэйвис влюбилась по уши и в кого! В инфернита из неведомой структуры! "Бывшего инфернита", - неизменно добавляла Элита, но Сканди отмахивался - не верилось ему, что Генерал так быстро может перевоспитаться.

Кор Истмэн предлагал им посидеть в своей квартире, пока он не вернется из института, но Элита отказалась - во-первых, сидеть в чужой квартире в отсутствие хозяев было боязно, во-вторых, была суббота и следовало ожидать кого-нибудь из Подземки. По Подземке они оба, честно говоря, соскучились. И действительно, едав они успели отдышаться и выпить чаю, как позвонил сначала Погромщик, а затем Подземщик и попросил разрешения прийти.

Явившись, Погромщик сразу набросился на Сканди:

- И какого лысого Перекрестка ты позволил ей в него влюбиться?

- А какого лысого Перекрестка я должен ею командовать? Во-первых, она меня по званию выше, а во-вторых, мы не инферниты, чтобы беспрекословное подчинение устанавливать.

- Но ты мог ее не выпускать? И с Юлей этой не общаться?

- Спасать его из Инферно - не моя идея, а у Юли потенциал большой, я тебе это уже говорил. Сначала мы надеялись, что сможем привлечь ее на свою сторону, а теперь выйти из игры уже невозможно.

- Поговорю я с этим Кором Истмэном, - с угрозой произнес Погромщик. - Или Разрушитель с ним поговорит...

- Разрушитель твой дров наломает, а мне отвечать, - возразил Сканди. - Я, главное, не знаю, где она правду говорит, а где лажу порет. Добротворцы эти больно вовремя появились, как бог из машины...

- А эта Диана симпатичная, - вздохнула Элита, - только странная какая-то...

- Во-во, - подхватил Скандалист, а Сэйфирот утверждает, что он творил эту землю и что он - архангел Михаил.

- В таком случае, я - Иисус Христос! - не выдержал Погромщик. - И вы этой чепухе смогли поверить? Да ни слова правды в ее бредятине нет и быть не может, издевается она над вами, а вы и уши развесили!

Сканди хотел что-то возразить, но тут раздался звонок в дверь.

- Подземщик! - обрадовалась Элита и побежала открывать.

Подземщик пришел, как всегда не один, но что странно - без Броневика. Впрочем, компания стандартная - Пантера (она же единственная и неповторимая Артирайт), Чернокрыл, Искатель и Взломщик. Неискушенный наблюдатель мог подумать, что в компании этой четверо девчонок и один парень и жестоко ошибся бы при этом. Ибо девушка среди них была только одна - Пантера, являющаяся на данный момент очередной девушкой Подземщика. Она и одевалась так, чтобы не быть заподозренной в неверности своему полу - шелковая кофточка с рискованным вырезом, кожаная мини-юбка, черные колготки и туфельки на каблуках. Подземщик машинально обнимал ее за талию, но где витали его мысли, одному Сердцу-Звезде было известно.

- А где Броневик? - спросила Элита.

- А-а, не знаю, - махнул рукой Подземщик. Если бы Броневик видел выражение его лица, проникнутое полным безучастием ко всему, включая находящуюся рядом девушку, он бы немедленно побежал топиться. По крайней мере, сообщил бы об этом всем, находящимся рядом.

Элита с Погромщиком переглянулись - ну и где обещанная пара Подземщик с Чернокрылом? Все как обычно и нечего Броневику впадать в истерику - не к Пантере же ему в самом деле ревновать! Зачем было на Чернокрыла столько наговаривать...

Чернокрылу и Искателю было абсолютно все равно, что о них подумает Броневик или даже Подземщик. Как вошли, держась за руки и не переставая трепаться, так и сидели в углу на диванчике. Каждый раз, глядя на них, Элита вспоминала вопрос, заданный как-то Феррумом "Если две девушки, считающие себя парнями, любят друг друга, то какая это пара - голубая или розовая?". Издалека их даже можно было принять за мальчишек, особенно маленького щуплого Чернокрыла. Он завязывал свои длинные волосы в хвост и становилось абсолютно непонятно, кто перед тобой - 12-летний мальчуган или 15-летняя девушка. А вот Искатель хоть и стригся коротко, и свитера носил самые бесформенные, вблизи сразу становилось ясно - это девушка, причем девушка симпатичная и с хорошей фигурой. Однако сказать это вслух никто не решался. Один Взломщик как выглядел мальчишкой, так мальчишкой и был. Только как парня его никто в расчет не принимал - мелкий слишком, еще и 14-ти нету.

- Кстати, Пантера, - нарушил молчание Скандалист, не привыкший находиться вне центра внимания. - Мы тут еще одного Кора Истмэна обнаружили.

- Из тех, кого я знаю, это уже седьмой, - откомментировала Пантера. - Пора отстреливать.

- Пора-пора, - согласился Сканди. - А то, представляешь, он умудрился по уши влюбиться в Защитницу.

- В какую Защитницу? - хором спросили Пантера, Искатель и Чернокрыл.

- В нашу. В Миарру Мэйвис, - успокоил их Скандалист. - Я же ее не вызывал ни разу, а тут она сама явилась, едва увидела этого инфернитского придурка. Блин, сегодня опять к нему тащиться, глаза б мои на него не смотрели!

- А где, кстати, ваша Защитница? - как всегда некстати спросила Элита. Она не любила, когда разделяются дружные компании, а отсутствие Броневика и Защитницы свидетельствовало о начале чего-то неладного.

- А-а, не знаю, - небрежно сказал Чернокрыл, повторив интонацию и жест Подземщика.

- Они опять разошлись на всю оставшуюся жизнь, - трагичным шепотом пояснила Пантера. - Месяца через полтора, наверно, опять сойдутся, а до этого лучше не напоминать.

- Значит ты еще и Защитница? - заинтересованно спросил Взломщик. Как и положено Взломщику, он собирал все новости и все сплетни тусовки.

- Ну тебя, - отмахнулся Сканди. - Если она ко мне несколько раз приходила, это не значит, что я - Защитница. Я этого Кора Истмэна видел знаете где...

- Не будем уточнять, - заметил Погромщик. - Здесь дамы.

- Кстати, Скандалист, - сказал Подземщик. - вам не попадался такой тип - одет в серое с красным, владеет энергиями Ужаса и Насилия? И чем его нейтрализовать?

- А как Кошмара выносили? То же плюс Свет Милосердия, - отозвался вместо Скандалиста Погромщик.

- Погоди, - перебил Скандалист. - Кошмар тоже, между прочим, так просто не убивается, это тебе не мультик. А этот тип... не Жестокий ли? Насколько я помню, у нас его угрохала Защитница, когда он попытался вновь войти в мир Радости.

- Так в мультике она его тоже угрохала, - уточнила Пантера.

- А что он потерял в Мире Радости? - спросил Взломщик.

- Ты чем мультик смотрел? - набросилась на него Пантера. - Там же черным по белому сказано: Жестокий, Угнетатель и Беллона родом из Мира Радости. Сначала они изгнали Защитницу, а потом она пришла в полной силе и сама их оттуда пнула.

- Вообще странно, - подал голос Искатель, - такое впечатление, что прямо или косвенно с Миром Радости связаны абсолютно все. И силы все открыли там, и Вершителей едва ли не половина оттуда родом, прямо на каждом шагу попадается, а что в нем такого особенного?

- Так это не обычный мир, - отозвался Скандалист. - Мир Радости является средоточием духовно-эмоциональных энергий, поскольку создан как раз на их основе. А эти энергии занимают главное место в жизни Вершителей (что вы еще хотите, когда они нематериальны), поэтому и мир становится своеобразным центром их деятельности. Недаром все Лорды Равнодушия, едва заполучив корону, сразу начинают строить планы, как бы им посильнее ахнуть Мир Радости. Кстати, не нравится мне это название, надо будет спросить у Защитницы настоящее. У нашей Защитницы, - добавил он, поймав напряженный взгляд Чернокрыла.

- Похоже, это действительно Жестокий, - задумчиво проговорил Подземщик. - Только этот одним Светом Милосердия не выносится, мы пробовали.

- Давай я с ним разберусь, - предложил Погромщик. - Или Разрушитель. Поговорю с ним по-свойски, как рэкетир с рэкетиром и он навсегда отвадится шастать, где не надо.

- Погромщик, сколько раз я тебе говорил, чтобы ты в чужие разборки не вмешивался! - возмутился Скандалист.

- Тебе что, жалко?

- Да не жалко мне, сто раз ведь объясняли тебе, что эмиссар одного отражения Вселенной Дорог не имеет права вмешиваться в дела другого отражения. На какой тогда шиш надо было их разделять?

- Ты считаешь, мы не должны помогать друзьям? Мы же всегда вместе работали.

- Вместе мы никогда не работали, - возразил Скандалист. - Мы работали рядом. А я с самого начала сказал, что отражения у нас разные. Подземщик может подтвердить.

- Сканди, - вдруг взволнованным голосом сказала Элита, - ты говоришь, что эмиссары одного отражения не имеют права вмешиваться в дела другого, а что если...

Но договорить она не успела - раздался звонок в дверь. Поминая Перекресток и всех его подчиненных, Элита пошла открывать.

На пороге стоял Броневик.

- Привет! Подземщик, случайно не у тебя?

- У меня... Только...

- Все понятно. Тогда я пошел.

Броневик развернулся было, чтобы уходить, но Элита встала между ним и дверью - упускать гостей было не в ее правилах.

- Куда это ты пошел? Заходи давай, как раз чай пить собирались.

Броневик покорно сбросил куртку и кроссовки и вошел в комнату. Нарочито не глядя на Чернокрыла, он залез в самый дальний угол между приемником и шкафом и засел там с мрачным видом.

Искатель с Чернокрылом синхронно встали и направились к двери.

- Народ, вы куда? Я же сколько раз говорила - не торчать на лестнице!

- Мы сейчас придем, - буркнул Чернокрыл и захлопнул за собой дверь.

Подземщик повернулся к Броневику:

- Ты так и будешь здесь сидеть, как труп Смертоносца?

- Ну если тебе не нравится, я могу уйти, - огрызнулся Броневик.

- Да нет уж, оставайся. Только скажи, зачем ты меня так упорно искал, если предпочитаешь в углу отсиживаться.

- И вовсе я тебя не искал! Тебя пожалуй, разыщешь! Я звоню-звоню, а твоя инфернитка сердитая такая, говорит "нет ее" и сразу трубку кидает, я уже и звонить боюсь.

- Ну вот вчера мы были у Искателя, мог туда позвонить.

- Не буду я ему звонить!

- А с Искателем-то вы чего поссорились?

- Мы с ним не ссорились. Просто звонить им не хочу.

Подземщик только вздохнул - и что за упрямый ученик ему попался!

- Я вообще не понимаю, с чего ты на Чернокрыла взъелся - вы же прекрасно ладили, что в прошлом, что в этом году.

- Мало ли что было в прошлом году!

- А что - что-то экстраординарное случилось?

- А ты что - не видишь?

- Знаешь - не вижу. Просвети, если не трудно.

- Ну я тогда пошел!

- Да успокойся ты, как что, так сразу пошел.

- А звезда?

- Какая звезда? А, вот эта? - Подземщик вытащил из под рубашки ту самую золотую бисерную звездочку. - Ты мне тоже можешь что-нибудь сплести, да хоть Знак Подземки, давно хочу такую штучку.

Глаза у Броневика сразу загорелись, в него как будто вдохнули дыхание жизни. Он тут же подсел к Подземщику и начал что-то увлеченно ему рассказывать.

В это время вернулись Искатель и Чернокрыл. Как ни в чем не бывало сели на диван и продолжили разговор.

Броневик не смог снести такого пренебрежения к своей персоне и дернул Подземщика за рукав:

- Поехали ко мне.

- Да нам вроде и здесь хорошо, - возразил Подземщик.

- Элита скоро уходит, она сама сказала, давай поедем ко мне?

- Ну уйдет и поедем, только лучше ко мне, потому что у меня сегодня инферниты сваливают. Все вместе и поедем.

- Я не хочу вместе! - запротестовал Броневик. - Я хочу с тобой!

- Ты бы у других поинтересовался сначала, хотят ли они отпускать Подземщика, - язвительно заметила Пантера.

- Во-во, - подхватил Искатель. - Мы же тебя не гоним.

- Ах вот как! Я тогда пошел.

- Может лучше я пошел? - неожиданно встал Чернокрыл. - Надоело слушать твои истеричные вопли.

- А мне надоело видеть твою противную рожу! - взорвался Броневик.

Взломщик оторвался от горы книг, которые он выгреб из книжного шкафа и с интересом уставился на парочку противников. Как Провиденциалу, ему, конечно, хотелось, чтобы они помирились, но как охочий до приключений мальчишка, он больше всего желал драки которую, может быть, сам бы и полез разнимать. Надо же хоть в чем-то прослыть героем!

- Надоело - не смотри! Ты еще Подземщика веревочкой к себе привяжи, чтобы не сбежал!

- А ты не лезь к моему учителю!

- Народ, может хватит меня делить? - мрачно произнес Подземщик. - Начинаю чувствовать себя тортом.

- Пойдем поговорим, - сказал Чернокрыл и шагнул к двери.

- Вы что драться собираетесь? - азартно спросил Взломщик.

- А может, не надо? - жалобно попросила Элита. - Не понимаю вообще, с чего вам ссориться.

Броневик, полный решимости, тоже встал, но тут зазвонил телефон.

- Перекресток лысый! - выругалась Элита и взяла трубку. - Кого? Сейчас, минуточку. - Она высунулась из коридора, где стоял телефон, в комнату: - Что-то с памятью моей стало, у нас Егорова Надя есть?

- Ну я, - буркнул Чернокрыл, направляясь к телефону. - Во, блин, инфернитка, везде разыщет!

Взломщик выглядел несколько разочарованным - кажется, драка откладывалась.

- Что у тебя там? - спросил Искатель, когда Чернокрыл, наконец, появился в комнате.

- Что-что, домой надо, инферниты аврал затеяли. Поехали со мной, поможешь.

- Ну и мы тогда пойдем, - поднялся Подземщик. - Броневик, поедешь со мной?

- И я с вами! - вскочил Погромщик. - Вы к этой Юле?

- Ну да, - вздохнул Сканди. - Кстати, Элита, что ты мне сказать хотела?

- Не помню... - пожала плечами Элита. - Потом, может быть, скажу...

17.

Все было, как вчера - угасающий дневной свет, приглушенный полупрозрачными занавесками, негромкая лирическая музыка из магнитофона, высокие стаканы с кока-колой, шипение стоящего на паузе види- ка... Все было, как прежде - но вот Кор Истмэн был другим. В его взгляде поселилось нескрываемое и необъяснимое беспокойство и даже беспечная болтовня с Миаррой особой радости ему не приносила.

Начать хотя бы с того, что на стрелку он опоздал минут на сорок, чего не было в обычаях ни у Кора Истмэна, ни, тем более, у Юли Болотниковой, с восьмого класса жившей по строгому расписанию. Опоздание он, после долгих расспросов, объяснил тем, что ему стало плохо и добрых полчаса он пролежал на полу в институтском туалете, пока подошедшая уборщица его не выставила. Уходить же из сервера он не хочет, поскольку неизвестно, что предпримет Юля - с ревнивой женщины станется и Сэйфирота позвать и Алкору на него нажаловаться. Правда, из дальнейших слов Генерала так и так получалось, что Сэйфирот вновь в полночь за ним явится. Был бы Скандалист нормальным собой, он бы плюнул на Сэйфирота и всех глобал-инфернитов и поехал к Подземщику, но Миарра допустить смерти своего протеже не могла и покорно поехала с ним. Все было как вчера... но не повторением, а жалкой, бледной, безумной пародией, отчаянной попыткой повторить счастливую победу. Казалось, похмелье наступило раньше, чем само опьянение.

- Юля меня убьет, когда узнает, - сокрушался Генерал, осушая одним махом стакан ликера. - Вы представляете, что такое ревнивая женщина!

- А вы гарем заведите, - предложила Элита.

Кор Истмэн отмахнулся:

- Не смейтесь надо мной... Если бы я сам знал, что делать... а тут еще и этот Сэйфирот...

- Он что, тянет с вас жизненную силу? - озабоченно спросила Миарра.

- Да нет, все со мной в порядке, - ответил Генерал, слишком быстро и слишком бодро, чтобы это было правдой.

- У Сэйфирота действительно есть право на вас?

- Да, поскольку я еще не стал истинным инфернитом. Если бы вы не появились неделю назад по здешнему счету времени, я бы дал последнюю клятву и слился бы с Инферно, потеряв личность. Тогда бы я не зависел от Сэйфирота, но свободным все равно бы не стал, поскольку стал бы частью Инферно. Сейчас же моя жизнь и моя судьба в руках у Сэйфирота.

- В моих руках, - возразила Миарра, - разве я не связала наши судьбы перед Звездой?

- Цепи Инферно сильнее, чем клятва Звезды.

- Вы так думаете?

- Не только я. Даже если бы Сэйфирот отпустил меня, остается еще Алкор.

- Да кто такой этот Алкор, Господь Бог?

- Нет, магистр Глобал-Инфернити, Я и сам не могу уйти от него, даже если бы и захотел.

- Значит - не хотите, - уверенно произнесла Миарра. - В любой реальности, в любой структуре свободный выбор личности превыше всего и отвергающие право такого выбора нарушают всеобщие кармические законы, стоящие выше всех остальных законов.

- Но я был послан на эту землю с миссией... Я действительно остался в долгу у Инферно.

- Все долги можно выплатить. А что за миссия?

Кор Истмэн гордо отвернулся. Впрочем, желание похвастаться своей значимостью пересилило обычную привычку держать все в тайне и он, как будто нехотя, ответил:

- Вы слышали, месяц назад при невыясненных обстоятельствах был убит известный политический деятель, сторонник демократов? Я тоже приложил руку к этому.

Миарра скептически усмехнулась.

- Ай-ай-ай, Мэллсор, как же вы позволяете себе размениваться на такие мелочи? Я понимаю, грохнуть десяток миров, разорвать дорогу, послать вирус в ноосферическую сеть... А тут - какой-то член правительства в одной шестой части маленькой планеты окраинной солнечной системы... Не узнаю вас, Мэллсор.

Это тоже было частью ритуала переругивания двух влюбленных, только вот впечатление производило несколько жалкое. Если можно было бы сказать, чего не хватает, Элита давно бы уже сделала это и успокоилась, однако сформулировать, что именно неладно, она не могла. Приходилось довольствоваться ролью пассивного наблюдателя.

Чем ближе подходило время к полуночи, тем мрачнее становился Генерал. Попробовали позвать Весту, но дозваться почему-то не смогли. Попытки Миарры связаться с Хэльворраном оказались более результативными, однако Мэллсор ни на грош им не поверил. Не то он не признавал всесилие Создателя (как он именовался в мультфильме), не то не был уверен, что Миарра вызовет именно его, а не какого-нибудь инфернального шпиона. Единственное, что Мэллсору удалось - вызвать координатора Совета Нейтрализации. Координатор был бесстрастен до предела и важен, как десять тысяч президентов, но ничего ценного не сказал, за исключением того, что вмешиваться они не собираются.

Без двадцати двенадцать Кор Истмэн схватился за сердце и лег на диван. Миарра вся напряглась в ожидании грядущего преобразования в инфернита и шикнула на Элиту, дабы та держалась подальше. От Сэйфирота следовало ожидать чего угодно.

Действительно, от Сэйфирота можно было ожидать чего угодно, но того, что произошло дальше, не ожидала даже предусмотрительная и расчетливая Миарра. Когда Генерал обессилено опустился на подушки дивана и закрыл глаза, в носителе Юли действительно появился Сэйфирот. Однако выглядел он почему-то неуверенно.

- Я отказываюсь от души Мэллсора Кайви, - заявил он без всяких предисловий. - Он теперь обрел другую долю в Равновесии и Глобал-Инферно вынуждено от него отказаться.

Миарра попыталась добиться от инфернита разъяснений, но тот уже благополучно смылся. На его месте появилась Диана. Выглядела она не лучше Сэйфирота, только тот был неестественно подавленным, а Диана, наоборот - неестественно возбужденной. Ее глаза горели лихорадочным огнем.

- Миарра, - заговорила она дрожащим от лихорадочного волнения голосом, - Мэллсор Кайви спасен, сейчас он в нашей структуре и через несколько минут по вашему времени вернется в этот сервер. Сэйфирот больше беспокоить вас не будет, потому что я расплатилась за Мэллсора своей жизнью.

- Что? - возмутилась Миарра.

- Это был единственный выход, - с трагическим надрывом произнесла Диана. - Прощайте.

Лежащая на диване Юля теперь только очнулась. Посмотрела на Сканди с Элитой диким непонимающим взглядом и недовольно сказала, почти прокричала:

- Он идиот, что ли в сапогах на диван валиться! Какого лысого дьявола!

Миарра словно оцепенела, но Юля в собственном теле больше минуты не продержалась. Снова вернулся Кор Истмэн. Был он изрядно вымотан, однако выглядел довольным.

- Вы в порядке, Генерал? - бросилась к нему Миарра.

- В порядке... А вы?

- Да со мной-то что сделается! Я не понимаю, почему Сэйфирот так легко отступился.

- Я тоже не понимаю, - утешил ее Мэллсор. - Зато теперь я свободен.

- Тогда давайте посмотрим "Звездную Империю", - оживилась Миарра.

Элита удивлялась - только что оба находились в ожидании смертельной опасности, а теперь подшучивают друг над другом, как ни бывало. Первый раз за все время общения со Сканди она почувствовала себя лишней. Неужели Миарра и Къертхэран действительно умудрились влюбиться друг в друга? Этого только не хватало. Впрочем, это еще не самое страшное, самое страшное случиться, если вслед за Миаррой в эту вонючую лужу, именуемую "Глобал Инферно" вляпается еще и Сканди. С него станется - натура он увлекающаяся и непосредственная и слишком любит "черных, мрачных и солидных" (по его собственному выражению). Пока что эту роль исполнял Погромщик и его неизменный Разрушитель (вот в кого надо было влюбляться Миарре!), однако чего-чего, а именно солидности Погромщику не хватало. Он постоянно стремился залезть в каждую дырку, высказать свое мнение по всем вопросам и приложить свою руку ко всем заданиям, порученным Экстремальным силам Провиденциалов. Причем, если Сканди действовал, как хороший снайпер, то Погромщика можно было сравнить с тяжелым танком, прущим напролом по прямой. А этот Мэлсор... В нем есть все достоинства Погромщика, но не единого его недостатка. Может это было бы и к лучшему, но Элите почему-то упорно не нравилось.

- Ладно, я пошла спать, - сказала она часа через полтора.

Миарра ее как будто не услышала. Кор Истмэн неспешно оглянулся, сказал "спокойной ночи" и продолжил что-то горячо шептать Миарре на ухо.

"Ладно, хоть высплюсь", - лениво подумала Элита, ложась на предусмотрительно расстеленную Юлей кровать.

Однако выспаться в эту ночь ей не пришлось. Уже начал сниться какой-то сон, в котором Элита, стоя в компьютерном классе родной кафедры вещала сидящей перед ней Подземке правила лабораторной работы по расчету Равновесия Дайниарта на персональном компьютере, как вдруг она почувствовала, что чья-то рука настойчиво трясет ее за плечо.

- Сканди? Что случилось?

Нет, это был еще не Сканди, а все еще Миарра. Но в том состоянии панического ужаса, что ее запросто можно было перепутать с напуганным Скандалистом. У того бывали иногда такие моменты, в которые он начинал бояться всего - от ментов на улице до собственной матери.

- Элита, идем скорей, с ним что-то неладное. Я на минуту вышла, возвращаюсь, а он на полу лежит...

- А я что сделаю... - проворчала Элита, но за Миаррой все-таки пошла.

В спальне родителей Юли, маленькой комнате, смежной с гостиной, на ковре перед роскошной кроватью, застланной красным атласом, лежал Генерал Кор Истмэн. Или Юля. Определить, кто находится в теле, пребывающем в бессознательном состоянии, не было никакой возможности. Таня было подумала - а не труп ли вообще это и что с ними сделают, ведь за доведение до самоубийства, кажется, тоже какая-то статья есть, а непричастность свою доказать они не смогут... Однако лежащая в обмороке девушка была все еще теплой и, кажется, дышала. Может, притворяется? Нет, на притворство это похоже не было.

- Ты знаешь, что делать?

- Откуда мне знать... Может, Вэйном попробовать.

Помогла ли Золотая Энергия Вэйн, или же находится в обмороке слишком долго Юля не могла, но через минуту она приподнялась на локте и открыла глаза.

- Кор Истмэн... - растерянно пробормотала Миарра.

- Кор Истмэн умер, - бесстрастно произнесла Юля.

- Как умер?.. - пролепетала Миарра.

- Он испытал слишком сильные эмоции любви, его сердце не выдержало. Будучи инфернитом, он привык сдерживать эмоции.

- Так его же можно воскресить... - полувопросительно сказала Элита.

Юля ее не услышала. А может, не захотела услышать. Она прошла в свою комнату и закрыла за собой дверь.

18.

Ночь с субботы на воскресенье Скандалист проспал в кресле. Для него это было неудивительно - за год странствий по городам и весям Сканди приучился засыпать мгновенно и где придется - на травке под кустиком, на вокзальной скамейке, в поезде метро и даже стоя в трамвайной давке в часы пик. Так что Сканди даже выспался, в отличие от Элиты, еле-еле уместившейся на диванчике в гостиной (ложиться на роскошную родительскую кровать она постеснялась). Проснувшись, Сканди долго соображал, где он находится, а сообразив выразил свои соображения в виде длинного набора ругательств на Сером наречии, завершив его своей коронной фразой:

- Разрушитель твою Перекресток через Цитадель Мэлтаэнэр Мечом Бездны на дороге Кэармит тридцатью тремя Вседержителями во все двенадцать Путей Артхенны Аррийской Свечой!

- Сканди, это ты? - сонно спросила Элита. Могла бы и не спрашивать - Миарра застеснялась бы так ругаться при своем координаторе. - Ты знаешь, что случилось?

- А что такое? - обеспокоился Скандалист. - Разве то, что мы здесь околачиваемся само по себе не происшествие? Я тут почти двое суток с Дэйрелом на пару инфернитов из одного мира выгонял. Штук пять самолично прикончил, отдых мне нужен или нет?

- Кор Истмэн сегодня ночью умер, - печально сказала Элита.

- Туда ему и дорога!

- Ты не понял, - терпеливо продолжала Элита. - Он помер от великой любви к Миарре и, кажется, это было взаимно. Ты думаешь, она это выдержит?

Сканди побледнел.

- Что? Да как он посмел, сволочь инфернитская! Мало того, что чушь несет и понты мечет, так еще Миарру за собой утянуть вздумал! Да он должен Сердце-Звезду благодарить, что умер, не то я бы ему голыми руками глотку перегрыз!

- Посмотри, что с Миаррой, - жалобно попросила Элита.

Скандалист поудобней устроился в кресле и начал было настраиваться на выход в Дайниарт, как дверь в гостиную рывком распахнулась и вошел Сэйфирот. Это был именно он - кто другой бы постыдился выходить к гостям в наряде, состоящем из пижамных штанов и лифчика. Встав в дверном проеме, Сэйфирот рассмеялся демоническим смехом.

- Вы думали, что так легко можете обойти меня! Я достиг своей цели - выдержал испытание для перехода на девятый уровень Инферно.

- Какое испытание? - пролепетал Сканди.

- Мне надо было погубить три жизни и разбить одно сердце. Я сделал это, а теперь - прощайте!

Скандалист и Элита недоуменно посмотрели друг на друга.

- Он сказал - три жизни? Кор Истмэн, Диана и ...?

Сканди промолчал. Произнести третье имя - Миарра Мэйвис - ни он, ни Элита были не в силах.

Минут через десять Юля, уже одетая в джинсы и футболку, позвала их завтракать. Вид у нее был абсолютно опустошенный, как маска восковая, ни единой живой черточки - ни любви, ни ненависти... Казалось, после такого Юля должна была рассердится на своих незваных гостей и выгнать их в три шеи... но она этого не делала. Не потому, что не верила в их виновность, а просто - не хотелось делать ничего. Даже не хотелось, чтобы они уходили. Когда она останется наедине с собой в этой беспросветной серой бесконечности, черпать силу ей будет неоткуда. Трудно было представить, что можно хоть чем-то заполнить эту пустоту, да и не привыкла Юля полагаться на кого-либо кроме себя. Однако она даже не упрекнула Сканди ни единым словом... впрочем как раз Сканди был в общем-то и не причем.

Юля поставила на стол яичницу с колбасой, ткнула в магнитофон кассету - не "Covenant", "Covenant" ей сейчас только не хватало. Она сама толком не знала, что это за музыка - Мишка приволок кассету уже без всяких опознавательных знаков - но сейчас она угодила как раз под настроение. Немного мрачная, но вместе тем мелодичная музыка создавала впечатление строгого античного храма, без единой лишней детали, холодного и торжественного. У Скандалиста аж глаза загорелись:

- Перепишешь?

- Угу, - машинально кивнула Юля.

- Юля, - обратилась к ней Элита, - слышала, что Сэйфирот сказал только что?

- Какой Сэйфирот? - вполне искренне дивилась Юля. - Он же вчера вечером свалил.

- Он только что заявлялся в твоем носителе к нам в гостиную и сказал, что все происшедшее - это его экзамен на девятый уровень Инферно. Ему для этого нужно было погубить три жизни и разбить одно сердце.

- Студент хренов, - прокомментировал Скандалист. - Да чтоб он провалился с треском на этом чертовом экзамене!

- А может, с Миаррой все в порядке? - робко предположила Элита.

В ответ Юля рассмеялась почти инфернитским смехом.

- Скажешь тоже - все в порядке! Она же соединила его жизнь и свою Заклятьем Путей и раз он погиб, она тоже не смогла удержаться. Сэйфирот на это и рассчитывал.

Сканди с подозрением посмотрел на Юлю. Она как будто радовалась смерти Миарры. Ей что, не жалко своего обожаемого Генерала для того, чтобы посрамить идейных противников?

- Что у тебя за похоронные настроения? - возмутился Скандалист.

- Настроение самое естественное для подобной ситуации. Я с самого начала была убеждена в том, что инферниты сильнее. Не надо было вам вытаскивать Мэллсора.

- Никто его насильно не тащил! Забыла про свои глюки? Про стирание личности?

- Глюкам не всегда стоит верить. Провиденциалам тоже, - мрачно изрекла Юля. - Рано или поздно устаешь от жизни и хочется уйти. У инфернитов все очень хорошо продумано. А я, наверное, пошла бы за ним. Впрочем, и сейчас не поздно.

Скандалист аж дар речи на некоторое время потерял. Допил залпом свой чай и вылез на балкон курить. Элита молчала - говорить что-либо сейчас казалось ей ненужным.

- Попробую Миарру позвать, - сказал он, вернувшись. Сел на диван у дальней стены кухни и расслабился, посылая в Дайниарт ноосферический сигнал вызова. Несмотря на все Юлины заверения, Сканди был твердо убежден, что их Миарра выкарабкается из любой ситуации. Еще и Кора Истмэна вытащит, хоть он того и недостоин. Без всякого затруднения Сканди поймал нужный код и удалился на второй план сознания. Далеко от собственного тела он пока не уходил - хотелось получить информацию из первых рук.

- Миарра, - выдохнула Элита. - Ты жива?

Сканди поднялся с дивана, вытянулся, поднял обе руки вверх, взывая к чему-то, медленно повернулся вокруг своей оси и произнес несколько фраз на непонятном наречии, стараясь попасть в ритм музыки. Только после этого он осознал, где находится и обратил внимание на заданный ему вопрос.

- Миарры Мэйвис нет. Она стала мной.

- А ты кто? - со страхом спросила Элита. Сэйфирот, Мэллсор - это еще куда ни шло, но терпеть инфернита в том, с кем постоянно общаешься для Элиты было бы слишком.

- Я - Хьирметнэр, лорд Отчаяния и Преодоления.

- Пустотник?

- Да. Миарра могла отдать свою жизнь и свое сердце, но Серый Венец остался на ней. Теперь ее жизнь и ее память - во мне. Инферниты показали ей бессилие всего, во что она верила, но я не боюсь бессилия. Я побеждаю ложь и отчаяние. Я не боюсь поражений и равнодушен к страхам. Я - лорд Преодоления. Скоро будет и Орден Преодоления - Хирмини-ири.

Элита немного успокоилась, однако смотреть на пустотника со страхом не перестала. В голове не укладывалось, как их Дайниарт будет жить без Миарры Мэйвис. Стремительной, полной решимости, всюду успевающей Миарры. И все из-за какого-то инфернита, у которого оказались слишком слабые нервы для нормальной жизни.

- За что? - проговорила она еле слышно.

Пустотник пожал плечами. С точки зрения Серого Союза, по-видимому, поражение Миарры поражением не было.

- А Второе Становление?

- Второе Становление практически закончилось. Экстремальные Ордена Провиденциалов достаточно сильны.

- А Орден Возлюбивших? Ты тоже возьмешь его на себя?

- Ты прекрасно знаешь, что Миарра была лишь формальным лидером Возлюбивших. Теперь его возглавит Мэлтхаирэ, который, в сущности и был его руководителем до этого.

Юля собрала со стола грязные тарелки и принялась мыть посуду, демонстративно не обращая внимания на пустотника и на судьбы Дайниарта. Впрочем, рано или поздно сделать это все равно придется. Скоро придут родители, надо бы выгонять эту парочку, но как она останется одна? Сегодня она одиночества не перенесет.

- Скандалист, - обратилась она, - как насчет съездить в Цитадель? Я Стражу обещала, что там появлюсь.

Юля немножко слукавила. Ничего конкретного она не обещала, а на настойчивое предложение Миши пойти в воскресенье в Цитадель небрежно бросила "Ну, может быть...". В ее устах "может быть" означало "нет", как у истинного дипломата. Вот удивится Мишка, когда она возьмет да и придет!

- Называйте меня Хьирметнэр, - поправил пустотник. - Можно Лорд Раэн, если вам не выговорить.

- В Цитадель? - задумчиво произнесла Элита. - А что, пойдемте. Только Подземщика там, кажется, не будет, они опять с Феррумом поругались. Точнее, не то, чтобы поругались, Подземщик сказал, что достала его компания, которая в него не верит.

- Что еще за тонкости - верит, не верит, - усмехнулась Юля. - Мне, честно говоря, ни во что уже верить не хочется. Зачем только я во все это влезла...

- Ты хочешь сказать, что вера твоя зависит от того, приносит ли предмет веры тебе пользу? - жестко, но спокойно произнес Раэн. - Тогда тебе действительно не стоит знать ничего большего, чем твое непосредственное окружение и твой институт.

- А мне все равно, - устало произнесла Юля. - Я вряд ли буду вам интересна теперь, а меня не интересует уже ничего... Вселенная Дорог - в последнюю очередь. Ладно, - сказала она, оборвав сама себя и пустотника, собирающегося возразить. - Одевайтесь, поехали, а то предки вот-вот должны заявиться.

19.

Несмотря на то что приход Юли в Цитадель был под большим вопросом, Миша успел к нему достойно подготовиться. Битых два часа он выяснял у Феррума технику безопасности при работе с невоплощенными сущностями, полночи читал книжку о методах магической защиты и, уже собираясь выходить из дома, сунул во внутренний карман пиджака карманное издание Нового Завета, полученное года три назад на каком-то христианском собрании, куда Миша заглянул из любопытства. И теперь он сидел и машинально отвечал на вопросы Строителя, ведущего "приключенку", думая о том, как глупо он, наверное, выглядит. Феррум по поводу его почти панического состояния в момент вчерашнего звонка ничего не сказал и слава богу, уж не ясно какому. Остальные, к счастью ничего не заметили, а Миша уже привык казаться спокойным, невзирая на самые опасные внутренние бури.

- Значит так: произношу заклятье Бездны и отправляю эту тварь куда подальше.

- Не получилось. Из Твари Инферно она преобразовалась в тварь Бездны и теперь смотрит на тебя преданными безднячьими глазками.

- Ничего себе глазки, - прокомментировала Рада. - Один глаз с доброе колесо, о прочем уже и не говорю. Помнишь эту серию про ключ от Замка Беладонны?

- А может она мне понравилась? - невозмутимо ответил Миша. - Может, я ее в качестве домашнего животного взять собираюсь. Тем более, что магией Бездны, по воле мастера, я владею...

- Вообще-то твари Инферно Золотым Светом уничтожаются, - влез Сигнал. Он давно ждал своей очереди войти в игру и маялся от вынужденного безделья.

- Ты соображай, что говоришь! - набросился на него Феррум. - Тебе же русским языком сказано, что он - маг Бездны, а Бездна и Золотой Свет вместе не живут. Ну разве только у Защитницы, да и то в третьей части. Или ты, Строитель, Стража Защитницей пустил?

- Ну вот еще, - буркнул Строитель. - Зачем мне в приключенке неубиваемый и всемогущий персонаж?

- А кто тебя знает? - парировал Феррум. - Кто мне в прошлый раз в техногенном мире дракона Пустоты подсунул? В следующий раз сам "приключенку" поведу, мы еще посмотрим, кто там непобедимый и неубиваемый!

Строитель загадочно улыбнулся и сгреб в ладони россыпь кубиков. С Феррумом у них давно уже существовало негласное соревнование, кто кого загонит в более изощренную ситуацию и, кажется, час для очередного удара настал. Только он собирался кинуть кубики и объявить новую игровую ситуацию, как наступившую на мгновение тишину разорвала трель дверного звонка.

- Неужто Законник? - предположил Феррум. - Он мне третью неделю кассету собирается отдавать. Проныра, ты ближе всего сидишь, открой!

Отпихивая друг друга локтями, Проныра с Пролазой побежали к двери. Миша повернулся к Строителю, чтобы сказать, наконец, что он собирается сделать с так некстати попавшейся ему тварью Бездны, как на пороге комнаты возникла неожиданная для всех троица - Юля, вся в черном и с таким лицом, как будто вчера она похоронила всех родственников, а сегодня ей не дали опохмелиться, Скандалист, необычайно бесстрастный и серьезный и смущенно-растерянная Элита.

Миша вскочил с места, чуть не опрокинув стул.

- Юля?... - он осекся. - Генерал Кор Истмэн?

Юля молча пожала протянутую ей руку, всем своим видом показывая отстраненность от происходящего.

- Он самый, - с холодной насмешкой подтвердил Сканди. - Кор Истмэн собственной персоной воскресе из мертвых смертию смерть поправ.

- Как воскрес? - выдавил из себя Миша, машинально нащупывая в кармане корешок Евангелия.

- Как воскресают? Сначала умер, а потом воскрес.

- Скандалист, что случилось?

- Много чего случилось, - коротко ответил Скандалист. - Если вам интересно, можем пойти поговорить.

Кор Истмэн аккуратно обошел Мишу и сел на диван, ничем не выказывая заинтересованности в разговоре, будто бы речь шла вовсе не о нем. Феррум и головы не повернул в его сторону - в это время он летел вниз по нескончаемому колодцу в Бездну и озабочен был только тем, чтобы не посеять по дороге свое единственное оружие - меч, благословленный Орденом Красного Света.

- Я могу вам чем-нибудь помочь? - подсела к нему Рада. Она еще не решила, верить ли в существование Генерала отдельно от Юли, но глядеть на то, как человек мучается и ничего не делать при этом было выше ее сил.

- Миарру уже не вернешь, - страдальчески проговорил Генерал.

Уже стоящий на пороге пустотник обернулся:

- А вот об этом мы с вами поговорим, когда я покурю.

С лестничной площадки дверь с выбитыми стеклами вела на небольшой балкончик, с которого открывался замечательный вид на загаженный двор питерских новостроек. Пустотник присел на корточки, с наслаждением затянулся и лишь тогда соизволил обратить свое внимание на сопровождающего его Стража. Элита пристроилась в уголке, за спиной Раэна, стараясь не попасть под клубы дыма, которые по обыкновению собирались именно в том месте, где расположились некурящие.

- Что случилось? - требовательно переспросил Миша.

- Этой ночью Кор Истмэн признался Миарре Мэйвис в любви, но чрезвычайно сильные эмоции сожгли его, а хозяйка сервера не захотела предпринимать никаких попыток к его спасению.

- Миарра?.. - растерянно проговорил Миша. - Это Защитница, что ли? Юля, кажется о ней говорила... То есть нет, это Кор Истмэн говорил... или Сэйфирот, я уже перестал их различать. Ты говоришь, он умер, а потом воскрес?

- Смертию смерть поправ, - прокомментировала Элита. - Когда мы до кольца 102-го доехали, то отошли в сторонку, туда, где дорога на Ржевку и Генерал как раз и вылез. Это Даймирен, настоящий Скандалист, его вытащил, как всегда поперек батьки в пекло лезет.

Мише на мгновение показалось, что он попал в страну сумасшедших, где все наоборот. Нет, он, конечно ко всему привычен, даже к тому что называть Подземщика девушкой есть величайшее оскорбление, но воспринимать спокойно хождение взад-вперед каких-то личностей в твоем собственном теле... Друзья мои, тут уже шизофренией попахивает. Почему он только сейчас это заметил? Потому что Погромщик со Скандалистом умели никого постороннего в свои дела не вмешивать?

- Послушай, Скандалист, - начал он спокойно и размеренно, как будто выступал на семинаре с очередным докладом об очередной революции в России. - Тебе не кажется, что эта практика с пусканием в свое сознание кого попало порочна и может привести к разрушительным последствиям? Зачем устраивать помойку из собственной души, открыв в ней двери нараспашку, как будто это не душа вовсе, а кабак или бордель? Вы же не имеете ни малейшего представления о тех тварях, что лезут вам в душу. Что вы о них можете знать? Никакой информации, кроме той, что они сами могут предоставить.

- Я бы не сказал, что мы занимаемся пусканием кого попало, - возразил Скандалист. - Я знаю себя, знаю Миарру, знаю всю нашу структуру - изолированную, между прочим, и прекрасно осознаю, кто именно из этой структуры ко мне в носитель приходит.

- Ты считаешь ваш Дайниарт изолированной структурой?

- Да, это та вероятность развития, которую мы взяли под свою ответственность. И я могу гарантированно сказать - ничто оттуда сюда, на нашу Землю через нас не вылезет. Это я и имею в виду, когда говорю об изолированности Дайниарта.

- Ну хорошо, даже если и не вылезет. Все равно - вы ведь отказываетесь от этой жизни ради чего-то призрачного, чего-то эфемерного!

- Кто сказал, что мы отказываемся? - удивилась Элита. - Можно ведь и там и там...

- Но ведь вы сами говорите, что вы не люди? А ведь у человека на земле есть неограниченный выбор...

- Вот я и выбираю - вспомнить себя! - сказала Элита. - Мы можем выбрать из множества возможностей, и одна из них - вернуться к себе, прежнему.

- И ради этого стоит пускать кого попало в свое сознание? - не унимался Миша.

- Кого попало мы в свое сознание не пускаем, - возразил Скандалист. - Как вы думаете, с кем вы сейчас разговариваете? Со Скандалистом? Нет, я не Скандалист. Я - Хьирметнэр, Лорд Отчаяния и Преодоления. Можно просто Лорд Раэн.

- Замечательно... - протянул Миша. - А вы можете сказать, что с Юлей? Откуда вообще взялся этот Кор Истмэн, этот Сэйфирот, это черт те что? Почему-то до встречи с вами ничего такого не наблюдалось.

- Вы считаете, что это Миарра со Скандалистом довели Юлю до такого состояния? Вовсе нет. Выходя во Вселенную Дорог, ты остаешься сам собой и притянуть можешь только те сущности, которые тебе созвучны. Юля сама захотела стать Кором Истмэном, сама захотела неограниченной власти над окружающими, и в результате те самые силы, к которым она стремилась, приобрели неограниченную власть над ней.

- Вселенная Дорог только проявляет те качества, которых до этого было не видно, - добавила Элита.

Миша задумался. Все, что говорила Элита со Скандалистом... ну не Скандалистом, а этим.. Раэном, было вроде правильно. Тогда почему же с Юлей творится черт те что? Потому что она не слушает Скандалиста с его большим опытом и делает все по своему? Тогда уж лучше вообще не лезть ни в какую Вселенную Дорог, а удовольствоваться сомнительными прелестями нашего материального мира. Дело не во Вселенной Дорог. Дело в самой Юле. Она ведь всегда стремилась к первенству. Вот и доигралась...

- А откуда взялась Миарра Мэйвис?

- Она пришла к Скандалисту спасать Мэллсора Кайви, - пояснила Элита. - У Миарры хобби такое - инфернитов спасать.

- И куда она делась?

- А кто бы знал, - махнула рукой Элита. - Пустотник утверждает, что в него превратилась.

- А ты этому что, не веришь?

- Хм, - усмехнулась Элита, - чтобы наша Миарра добровольно концы отдала? Не поверю. Сколько раз ее убивали пустотники, бездники, инферниты и кто только не убивал, а она каждый раз воскресала с новой силой и новыми возможностями.

- Ну это и в мультике было, - скептически заметил Миша.

- Что мультик, - отмахнулась Элита. - Наша Миарра в десять раз круче Защитницы! По крайней мере она так не стремится к неотразимости в человеческом облике и наряды по пять раз на дню не меняет. В нее и без того половина Дайниарта влюблена.

- А вторая половина?

- А вторая половина влюблена в меня, - призналась Элита, смущенно улыбнувшись.

- Зачем же ей в таком случае Кор Истмэн?

- Потому что дура! - не выдержала Элита. - Потому что ей бы только инфернитов поспасать, а о себе она никогда не думает.

По сериалу Элита знала Защитницу, как свои пять пальцев и безошибочно могла определить, чем таким можно на нее подействовать, чтобы та прекратила ныть и воскресла для оперативной работы. В Дайниарте тоже была своя Элита - Эйсет Амэллорен, которую Элита Питерская с недавних пор начала ощущать в себе. Ведь если Скандалист - Миарра, но кем быть ей, как не Эйсет? И что делать Эйсет, если Миарра в очередной раз потерпела поражение? Разумеется, вытаскивать! И при этом ругать изо всех сил, потому что разозленная Миарра совершит столько подвигов, которые ей в нормальном состоянии и не снились.

- У нее под носом весь Дайниарт разворуют, все миры работорговцам продадут, а она будет своих инфернитов спасать и переживать из-за этого!

- Что? Это я-то буду переживать из-за каких-то там инфернитов?

От бесстрастного пустотника не осталось и следа. Мордочка Сканди так и светилась нахальным самодовольством - надо же, вытащилась все-таки!

- Миарра, ты?

- Ну а кто же еще? Беги за этим придурком инфернитским, сейчас мозги ему буду вправлять. Если у него они, конечно, есть.

Миша, сочтя свое присутствие излишним, отправился в квартиру вслед за Элитой и вернулся к прерванной "приключенке".

20.

В понедельник, в семь часов утра, в квартире Элиты раздался телефонный звонок. Таня только что проснулась и находилась в раздумье - вставать прямо сейчас или же еще минут пять понежиться в постели? Однако звонок сорвал ее с места и в одной ночной рубашке выдернул из теплой постели в коридор.

- Алло?

- Таня? Это Юля. Во сколько ты сегодня едешь в Политех?

- К девяти...

- Без десяти девять жду тебя на "Политехнической" у выхода.

- Но что случилось? - воскликнула Таня. Однако ответом ей были лишь короткие гудки.

Звонить кому либо советоваться было рано. Погромшик работал в вечернюю смену и в два часа ночи только лег, а Скандалист вел ночной образ жизни и в семь утра не мог даже сообразить, кто он такой.

Ровно в назначенное время Таня сошла со ступенек эскалатора. Она еще оглядывалась по сторонам, когда к ней подошла Юля и сунула в руку сложенный вдвое тетрадный листок.

- Передай Миарре Мэйвис.

- Но что случилось? - недоумевала Таня.

- Можешь прочитать сама, - милостиво разрешила Юля. - Я в институт опаздываю.

И не сказав более ни слова, даже не попрощавшись, направилась к турникетам. Таня недоуменно посмотрела ей вслед, затем развернула врученный ей листок и стала читать. Надо же в конце концов ближайшей соратнице Миарры знать, что такое стряслось!

Аккуратным круглым с завитушками почерком было написано:

Миарра!

Я отдаю себе отчет, что поступаю с Вами подло. Я не должен был давать Вам никакой надежды, я не имел права влюбляться в Вас и увлекать Вас за собой. Однако я увлекся сам до такой степени, что забыл о своей ответственности перед своим Императором и перед Юлией, которая давала мне полноценную человеческую жизнь последнее время. Вместо того, чтобы помогать ей, поддерживать ее, я полюбил Вас, отвергая ее любовь. Я не могу разорвать свое сердце надвое, а значит - я должен перестать жить. Так будет лучше и для меня, и для Вас, и для Юлии. Вы не должны были меня спасать. Теперь я отказываюсь от жизни, которую Вы мне так любезно подарили, отказываюсь, потому что не могу больше приносить боль Вам и Юлии. Пусть лучше не будет меня, пусть будет одна потеря, которую можно пережить, чем продолжительное страдание на много лет вперед. Сэйфирот Вас больше не тронет. Моей жизни ему вполне достаточно.

Прощайте.

Мэллсор Кайви.
8 сентября 1997 года
Земля
Солнечная Система
Галактика Съертар
Вселенная до выбора.


Новости Стихи Проза Извраты Юмор Публицистика Рисунки Фотоальбом Ссылки Гостевая книга Пишите письма